В безудержной скачке отчаяния, девушка-героиня бежит от парня, которого считала идеалом. Пока он играет с ней как кот с мышкой, обделяя вниманием и любовью. Но когда она просыпается, снова окунутая в обыденность, понимает, что настоящего счастья для него не существует.
Поэтому к падчерице подошла, обняла, чувствуя, как хрупкая Катя в ответ навстречу льнет, по голове ее погладила. — Ты, главное, осторожной будь и рассудительной. У тебя сейчас возраст такой, что это сложно, но попытайся хотя бы. И не бойся, папе с Мариной я тебя сдавать не буду, сама расскажешь, когда посчитаешь нужным.
— Спасибо…
— Ужинать не будешь естественно?
— Нет, я поела… в гостях.
— Иди тогда. Но если что, знай, приходи — я выслушаю и посоветую, а вот докапываться не стану, — Снежа подмигнула Кате, в последний раз по такой же белой, как у нее, голове проводя и отпуская…
А потом стояла еще пару минут после того, как дочка Марка скрылась за дверью своей комнаты, и думала о том, что мир все же бывает несправедлив… Детей надо отпускать, но вот уедет Катя скоро, и что они все будут делать? Старшее поколение Самойловых, Марк, Поля с Ленечкой… Она сама? Катя была им всем как воздух необходима.
В тот самый миг снова входная дверь открылась, теперь уже Марка впуская.
— Катя дома? — он вошел, ключи на комод бросил, портфель поставил, Снежу в губы поцеловал, и сразу о дочери спросил… Вот об этом Снежана и говорила — она вечно у каждого в мыслях, и ведь отправься она в Америку — ничего не поменяется. Все так же волноваться будут — поела ли, выспалась, все ли хорошо, не упала ли, коленки целы? А сердце? Эх…
— Да, дома. Уроки делает…
Снежана попыталась скрыть, что глаза отчего-то вдруг мокрыми стали.
— А ты чего? — но от Марка скрыть что-то сложно…
— Скучать буду, — и врать смысла нет особого.
— Рано плакать, Снежка, да и пусть не надеется даже, что из-под опеки родительской так просто выскользнет… Мы же за ней тут же рванем. Пока дети маленькие — можем себе позволить хоть на месяц свалить…
— А как же работа?
— Что-нибудь придумаем…
Снежана спорить не стала — не возражала. Да и вообще… Марк-то пока не знал о «тетрадках», но Снежа не сомневалась — все еще сто раз измениться может.
— Ужинать идем?
— Да, я только к Кате зайду на секунду…
— Не надо, Марк. Не мешай ребенку учиться, она сама выйдет, как закончит…
Самойлов замялся слегка, но сопротивляться не стал.
— Тогда идем… — и Снежану это очень обрадовало. Приятно было осознавать, что стала для Кати если не матерью, то хоть немного ангелом-хранителем.
