В уютной комнатке бывшего спортклуба жил Эдя Хаврон - человек с пустыми карманами и горящим сердцем. Он словно ветер, шепча скромные мелодии над застекленным подокном, ожидая неведомого приключений на Лысой Горе. Каждый вздох Эдя заглатывал феей Трехдюймовочкой в обновленный суп, но мелочи все меньше. Охотник за необычным был готов к любому исходу - будь то пустые джинсы на Лысой Горе или сладкие ночи от фей Трехдюймовочки....
У Евгеши уже не хватало рук, чтобы все удерживать, и он ошалело прижимал к себе все эти сосуды, чайнички, кинжалы, фотографии…
– Только не подходите к тому дальнему стеллажу. Там есть одна кость. Ее нельзя брать – падаешь и сразу умираешь. Даже не успеваешь выйти наружу! Не правда ли, бурундучок? – проворковала Далила Петровна. Она навьючивала Нату антиквариатом столь же старательно, сколь ее супруг навьючивал Евгешу.
– Да, лисонька! – подтвердил Герострат Андреич.
Чимоданов внимательно наблюдал за ним. Сам порядочный плут, он смутно ощущал столь же прожженого плута в Герострате Андреиче.
Рядом белым участливым пятном замаячило лицо Далилы Петровны.
– Что ты делаешь? – спросила она вкрадчиво.
– Я? Ничего.
– Ничего? А ну позволь-ка!
Далила Петровна мягко разжала его ладонь и, заметив пластилин, ухмыльнулась.
– В нашем магвазинчике чужая магия не действует! К остальным это, кстати, тоже относится. Никакой водной магии. Никакого визуального зомбирования! – сказала она насмешливо.
– Лисонька! – укоризненно воскликнул Герострат Андреич. – Ну я же просил: мягче! Не так сразу! Постепенно подготавливай!
Подарки дождем посыпались из рук Мошкина.
– Подними! – строго, с какими-то новыми нотками, приказал Герострат Андреич.
– Нет! – тихо сказал Евгеша.
– А я говорю: да. Из нашего магвазина нельзя выйти без покупки!
– Не подниму! – глядя в пол, повторил Мошкин.
Герострат Андреич взял себя в руки и поклонился.
– Лично мы никого насильно не задерживаем. Мы же их не задерживаем? Да, моя лисонька? – спросил Герострат Андреич, в отличие от жены демонстрировавший убогое знание флоры и фауны.
– Да, мой попугайчик! Попробуйте, ребятки! Если вы сумеете уйти, мы будем только рады! – отвечала Далила Петровна, в знак своего миролюбия отступая на шаг назад.
Мошкин и Чимоданов ринулись к двери, через которую, как им казалось, они попали в подвал. Дверь была на прежнем месте. В целости и сохранности. За исключением одной небольшой детали: теперь дверь была нарисована на глухой стене мелом.
Им стало жутко. Несколько энергичных пинков убедили их, что перед ними глухая стена.
– Это очень древний подвал. Поверьте, здесь все предусмотрено.
