В уютной комнатке бывшего спортклуба жил Эдя Хаврон - человек с пустыми карманами и горящим сердцем. Он словно ветер, шепча скромные мелодии над застекленным подокном, ожидая неведомого приключений на Лысой Горе. Каждый вздох Эдя заглатывал феей Трехдюймовочкой в обновленный суп, но мелочи все меньше. Охотник за необычным был готов к любому исходу - будь то пустые джинсы на Лысой Горе или сладкие ночи от фей Трехдюймовочки....
Город просто переполнен магами и шпионами всех мастей! Я даже не говорю о комиссионерах, которых всюду как пыли! Все равно не подслушаешь, братец! А что подглядишь, то забудешь! – сказал он голубю.
– Забудет? А если нет? – спросила Ирка с опаской.
– А куда он денется? Все мои защитные руны со склеротическим эффектом! Пока он здесь, он помнит все, что видел (потому что слышать нас не может), но стоит ему сделать пару взмахов крыльями, как ему будет казаться, что он был тут по какому-то совсем другому делу, а то и просто пролетал мимо.
Эссиорх просунул руку через стекло – оно расступилось послушно, как вода – и сделал вид, что хочет схватить голубя.
– Вот я тебя!
Испуганные голуби вспорхнули с балкона, от ужаса теряя перья. Как Эссиорх и предсказывал, подозрительный голубь сразу отделился от стаи и с видом недоумевающе-изумленным стал кружить на месте. Затем сложил крылья и, ударившись грудью о землю, превратился во всклокоченного маленького человечка, который вначале долго озирался в полном замешательстве, а потом, сердито размахивая руками, быстро направился куда глаза глядят.
– Где я? Что я? Почему я? Извечные вопросы! – передразнил Эссиорх, провожая его взглядом."
"Прохожие косились на человечка с негодованием: на нем болталась длинная белая рубаха до колен, но совсем не было штанов. И ничего удивительного: ведь голубям-то штаны не положены по штату, а рубашка вполне могла быть прежде перьями.
– Еще немного сведений о Камне Пути! – продолжал Эссиорх.
– Смутно, – призналась Ирка.
– Объясняю сугубо для бывших лопухоидов: тупо и доступно. Вот бензин… Сам по себе он может ехать? Нет. Но, попав в бак мотоцикла, дарит ему движение. Следовательно, в какой-то мере его тоже можно назвать артефактом-посредником, – сказал Эссиорх, чьи метафизические сравнения все больше и больше попахивали байкерством.
– Скорее: обозвать, – поправила Ирка, которой это показалось кощунственным. Еще бы – Камень Пути и какой-то бензин.
– Ну хорошо… назвать… обозвать… не цепляйся к словам! – досадливо отмахнулся хранитель. – Такие артефакты-посредники, как Камень Пути, практически не излучают собственной магии. Обнаружить их невозможно ни в магическом зеркале, ни ворожбой, ни как-либо иначе.
