Полдень пятницы, и Билли Саммерс сидит в гостиничном холле, дожидаясь. В руках у него комикс-дайджест, но мысли о нем скользят мимо обычной тусовки. Билли задумчиво перечитывает абзацы из третьего романа Эмиля Золя "Тереза Ракен", вдохновившего молодого автора на начало культа его произведений. Его волнует, что по книге сразу можно догадаться: писатель еще моложе, чем кажется....
— Если он оставил тебе флешку, то откуда этот кусок про то, как он идет по дороге и выбрасывает пистолеты?
Элис молчит. После возвращения она вообще мало говорит, и он не лезет к ней с расспросами. В основном она спит и пишет — на ноутбуке, который Баки теперь закрывает и поднимает в воздух.
— «Макбук-про». Хорошая машинка, но видавшая виды.
— Ага.
— В истории Билли взял этот ноутбук с собой, однако же вот он. Добавим сюда то, чего не могло быть на флешке, и получится не быль, а чистой воды вымысел.
Молодая женщина, сидящая за столом, по-прежнему молчит.
— Впрочем, выглядит все вполне правдоподобно. У читателей нет повода заподозрить, что Билли не поселился где-нибудь на западе. Или в Австралии — помню, он часто об этом мечтал. Может, он там пишет книгу. Вторую. Об этом он тоже иногда мечтал, но мне и в голову не приходило, что он действительно что-то напишет.
Баки смотрит на Элис. Элис смотрит на Баки. На улице завывает холодный ветер, и, кажется, вот-вот повалит снег, но здесь тепло. В печке с треском взрывается сучок.
Наконец Баки спрашивает:
— А читатели-то будут, Элис?
— Не знаю… Надо изменить имена.
Он мотает головой.
— Про убийство Клэрка трезвонили по всему миру. Хотя… — Увидев ее расстроенное лицо, он пожимает плечами. — Народ может подумать, что это такой roman à clef. Роман с ключом. Кстати, я от Билли про это узнал. Когда читал при нем какую-то старую книжку в бумажной обложке, подобранную на Стрэнде. Называлась «Долина кукол»[83]. — Он пожимает плечами. — Если меня там не будет, издавай, я не против.
— Книга-то стоящая?
Он откладывает ноутбук — старую рабочую лошадку Билли — на кухонный стол.
— Мне кажется, да, но я не литературный критик.
— Похоже, что он написал?
Баки смеется.
— Милая, я никогда не читал его писанину, поэтому судить не берусь, но мне в самом деле казалось, что это его голос. Вплоть до самого конца.
С тех пор как Элис вернулась, улыбки от нее было не дождаться, но тут она улыбается.
— Отлично. Мне кажется, это самое главное.
— Про то, что я тоже плохой человек, ты сама придумала?
Она не прячет глаза.
— Нет. Это он сказал.
— Ясно. Ты написала про то, чего хотелось бы тебе. Чтобы герой, прихватив чемоданы, гордой походкой ушел в будущее. А теперь расскажи, как было на самом деле.
