Автор
В палатачке таблетки голубого прозрачного одеяния вызывают жуткий восторг и непередаваемый стыд. Они делают тебя чувствовать, словно будешь играть роль святой Марии, но только без христианской заботы о мире. А та самая Милана с подозрением смотрит на тебя, как будто ты решила стать бирюковым шпионом....
Выдохлась через пару минут, едва глухим меня не оставив.
— Давай, Коля, веди ее отсюда! — приказал Ольшанский, явно тоже намереваясь уйти.
— Нет! — внезапно громко и твердо сказала Сашка. — Никто отсюда не уйдет, пока я не узнаю все.
— Дочь, потом все. Мы сами разберем…"
"— Нет! Я, черт возьми, хочу знать, почему прошла через такое! Не потом, ни никогда, зная тебя, папа. Сейчас!
— Шаповалов! Уводи! — гаркнул Ольшанский, да только извини, мужик, но не твое слово сейчас решающее.
— Отвечай, — тихо велел я на ухо своей пленнице и развернул лицом к Сашке: — Ей.
— Почему? Потому что с какой стати все тебе, Алька, а? Всегда все у тебя было! А за что? Чем ты заслужила?
— Не понимаю, — тряхнула головой Александра. — Ты сейчас о себе или об этом… моем брате?
— Не брат он тебе, сказал! — рубанул ребром ладони по столу ее отец.
— Да какая разница о ком? Ты перед всеми виновата!
У-у-у, да тут, чую, клиника стопроцентная!
— Господи, да в чем?! — сжала кулаки Сашка, подступая ближе.
Не стоит, малыш, у таких гадин все ядовитое насквозь.
— Во всем! В том, что ты его дочь! Почему ты? Не я? Посмотри на себя, корова тупая! Я, я должна жить в роскоши. Ты же даже не понимаешь, что имеешь! За Гошку этого вцепилась, нищенствовать с ним ушла. Гордая она!
— Мы ни в чем не нуждались, да и какое тебе дело?
— А такое! Иметь все, отца, что в деньгах тебя может купать, и жить вот так! Овца!
— И что, за такое убивают, Мариэлла? — шокировано покачала головой Сашка.
— Да сдались мне ваши подачки! Еще и лекции вечные! С чего я должна просить, если могу просто взять. Когда и сколько захочу.
— То есть вы с Сысоевым на том и сошлись? — спросил я ее, подводя обратно к столу. — Села и не рыпаешься. Второй раз ласковым удержанием я не ограничусь. — Девка зыркнула злобно через плечо, но на стул задницу умостила. — Итак, Сысоев хотел отомстить за отцовский игнор всю жизнь, лишив его признанной дочери.
— Чего там готовиться, — презрительно зыркнула сучка на Сашку. — Пару раз показала этому лоху, что такое настоящая женщина в постели, он и влюбился без памяти. Надоел свой любовью — сил уже не было.
