Автор
Филип Витворт оторвался от документа, его взгляд встретился с суровым лицом вице-президента. Решительность и напряжение нависали над президентским кабинетом, где шел арбитраж за крупными финансами. Витворт прокручивал в голове последние предложения, словно гладил рубашку из дорогого бордового меха, вращаясь в кресле....
На нее нахлынули неприятные воспоминания об унижении, которое она испытала здесь четырнадцать лет назад…
Первый день ее пребывания у Витвортов был неплохим, она была фактически предоставлена самой себе. Самое ужасное началось на второй день. Сразу после ленча Картер — тринадцатилетний сын Витвортов — появился в дверях ее спальни и заявил, что мама просила его увести Лорен из дома, так как не хочет, чтобы ее гости увидели замарашку. Всю оставшуюся часть дня Картер издевался над ней, как только мог.
"Кроме того, что он называл ее очкариком, потому что она носила очки, он постоянно насмехался над ее родителями. Когда они шли по парку, разбитому в английском стиле, он споткнулся и толкнул ее в огромную клумбу роз с острыми шипами. А через полчаса, когда она переодела разорванное платье, предложил посмотреть собак.
Он говорил так искренне и, казалось, так горел желанием показать своих собак, что Лорен решила, что он толкнул ее в кусты случайно.
— У меня тоже есть собака, — гордо сказала она, пытаясь не отставать от него, пока они шли мимо ухоженных газонов в дальний конец парка. — Она беленькая и ее зовут Флуфе, — добавила Лорен, когда они подошли к живой изгороди, за которой скрывался огромный загон для собак, огороженный металлической сеткой высотой в десять футов.
Лорен лучезарно улыбнулась двум доберман-пинчерам и Картеру, который снимал с ворот тяжелый висячий замок.
— У моих хороших друзей тоже есть доберман-пинчер.
— Мои собаки тоже умеют делать кое-что интересное, — пообещал Картер, открывая ворота и пропуская Лорен вперед.
Лорен без страха вошла в загон.
— Привет, собачки, — ласково сказала она, направляясь к настороженно смотревшим на нее собакам.
Когда она протянула руку, чтобы погладить их, ворота вдруг захлопнулись и Картер резко приказал:
— Взять ее, взять!
Обе собаки моментально вскочили, обнажили белые клыки и, рыча, двинулись к остолбеневшей Лорен.
— Картер! — пронзительно закричала она, отступая назад, пока не наткнулась на сетку. — Почему они так себя ведут?
— Я бы на твоем месте не двигался, — насмешливо сказал Картер, стоя за сеткой. — Если ты не будешь стоять спокойно, они бросятся на тебя и загрызут.
Сказав это, он повернулся и медленно пошел прочь, весело насвистывая.
— Не оставляй меня здесь, — молила его Лорен.
