Зимний ветер шумел за окном, и Мазур смотрел на перепутанные рельсы и знаки. Ему мерещилось, что каждый из них несет свою историю — будь то забытые дни или тайны, о которых никто никогда не узнает. Этот маленький городок в Прибалтике стал его новой повседневной загадкой.
— После того, что вы сказали, возникает некий нюанс, мне прекрасно знакомый по прошлой работе… Есть один-единственный случай, когда я отказываюсь от самой выгодной работы: если только возникает угроза, что мне на хвост сядут местные спецслужбы. Была парочка примеров, но я о них, простите, рассказывать не буду — вот это как раз относится к числу профессиональных тайн. Работа, за разглашение подробностей которой можно, обобщенно выражаясь, получить кирпичом по голове, наводит на подозрения… Мне бы не хотелось, чтобы у меня на хвосте повис русский Кей-Джи-Би.
— Успокойтесь, — безмятежно сказал Деймонд. — Могу вас заверить, никогда не возникнет ситуации, когда спецслужбы сели бы вам на хвост. Никакого нарушения законов. Попросту деликатные дела, вот и все. У вас, я думаю, достаточно жизненного опыта, чтобы почувствовать разницу между этими двумя понятиями?
— Пожалуй… — протянул Мазур.
— Принято, — спокойно сказал американец. — С одним условием: если угроза и в самом деле будет реальной, а не надуманной.
— Ну, у меня достаточно опыта, чтобы отличить одно от другого и не паниковать без серьезной причины…
— Значит, договорились?
— Договорились, — сказал Мазур, сложил банкноты одна к другой, потом пополам, спрятал бумажник. — Вот теперь стоит и выпить за успех предприятия…
— Одну минуту, — остановил его жестом Деймонд. — Нужно прояснить еще одну очень немаловажную деталь. Вы, безусловно, понимаете, что пленки… некоторые пленки нужно не переправлять обычной почтой, а пользоваться, скажем так, более деликатными, обходными путями?
— Ха! — сказал Мазур.
— А здесь у вас такой путь есть? — спросил Деймонд деловито. — Или вашим работодателям придется организовать свой?
— Есть, — сказал Мазур. — Иначе я бы сюда и не приехал.
— А хотя бы в общих чертах рассказать можете? Я не из праздного любопытства интересуюсь, речь идет о серьезных делах.
— Конечно, могу, — сказал Мазур.
