Жанр
Капитан Чейн, Легенда Сопротивления, оказывается втянутым в конфликт с властью Объединенных Концернов. Он пытается противостоять системе, которая стремится устранить его, используя методы показательного расстрела. Начинается борьба за выживание и справедливость в мире магии аристократов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ближний Круг»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Здесь собраны описание, жанры, автор, похожие книги и полный текст для чтения в браузере. После чтения можно перейти к книгам автора, жанровому каталогу или тематическим подборкам.
Похоже, «Ближний Круг» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
На пороге появилась та же медсестра.
— Клавдия Тимофеевна, вот этот посетитель… Прошу вас, — она пропустила вперёд Комарова.
— Рад приветствовать, многоуважаемая Клавдия Тимофе… — вальяжно начал Федот. И не договорил.
Замолчал, уставившись на меня.
— Что с вами? — спросила Клавдия.
— Э-э-э, — проблеял Комаров.
— Вас так удивляет присутствие в моей клинике представителя рода Барятинских? — Клавдия приподняла брови. — Так спешу напомнить, что я и сама — урожденная баронесса Вербицкая.
— Это мы — с полным пониманием, — поспешил заверить Федот. — Чай, вашу милость весь Петербург знает. Простой люд ежедневно в молитвах поминает, дай Господь вам доброго здоровьичка. — Он сноровисто перекрестился. — А вот их сиятельство — не припомню, чтобы были замечены в богоугодных делах. — Федот справился с собой. Приосанился. — Дозвольте представиться — лично-то мы, сколь помню, не знакомы. Комаров Федот Ефимович. А вы — князь Константин Александрович Барятинский, ежели не ошибаюсь? Сын покойного Александра Григорьевича?
— Не ошибаетесь, — кивнул я.
Комаров состроил скорбную мину.
— Знавал я вашего батюшку, да-с… Царство ему небесное. Широкой души был человек.
Он шагнул ко мне, протянул руку.
Я поднялся, пожал. Со стороны себя не видел. Но догадывался, что выражение моего лица обещает Федоту всё, что угодно — только не предстоящую радость знакомства. И его это, похоже, крепко сбивает с толку. Не такой реакции ждал от шестнадцатилетнего подростка, чьё семейство считал загнанным в угол.
— Мне, увы, не довелось общаться с покойным Александром Григорьевичем, — сухо сказала Клавдия. — Но относительно широты души — спешу заметить, что Константин Александрович присутствует здесь, дабы оказывать мне помощь в целительстве. Я не сумела бы справиться со многими недугами, если бы не его вмешательство. Константин Александрович — достойный сын своего отца. Александр Григорьевич мог бы им гордиться.
— Вот оно что… — пробормотал Комаров.
— Могу узнать, что вас привело ко мне?
Клавдия указала Комарову на кресло, стоящее перед её столом. Напротив того, в котором сидел я.
Под моим пристальным взглядом вальяжность и спесь Федота испарились окончательно.
— Я, собственно… — пробормотал он. — Я, ничего такого… Напротив — с огромной нашей благодарностью к вам, многоуважаемая Клавдия Тимофеевна!
Клавдия смотрела непонимающе.
— Товарищей моих верных приняли в клинику, не прогнали с порога, — пояснил Федот. — Прошлой ночью к вам сюда на карете скорой помощи троих привезли.
