Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
И все же что у них за суета здесь такая нездоровая сегодня? Чего же случилось такого нештатного? Куда все ломанулись с рабочих мест, наплевав на прибыли?
— Фрол, — сказал я после того, как мы вернулись в лагерь, — людей ночью примешь сам. Встанете лагерем, организуете наблюдение за усадьбами. А я обратно в город отправлюсь, посмотрю, что там делается.
— Это сделаю, старшой, — с готовностью закивал Фрол. — Помню, как все сделать.
— Фонарь в лагере не забудь.
У нас с собой карбидный фонарь с направленным лучом, им надо сигнал подать, а яхта ночью подойдет ближе к берегу, чтобы всех бойцов Байкина, включая его самого, высадить со всем необходимым.
В общем, расстались с Фролом. Я свою лошаденку заново оседлал да и отправился обратно.
* * *"
"Лошадка шагом топала по пыльной дороге, а я в седле строил на песке неведения замки гипотез о том, что же вызвало панику на острове.
«Пионеры» все были вооружены до зубов, как и та компания людей Большого, что проскакала здесь утром.
Затем я увидел среди них знакомое лицо — среднего роста крепкий человек с седоватой короткой бородой, одетый просто, но явно главный, судя по тому, как все остальные выдерживали почтительную дистанцию от него.
Белый. Точно, он, я его помню, я вообще лица помню хорошо. А он меня помнит, интересно? Не думаю, он меня только в лодке перед самой дуэлью с Павлом мог заметить, а я от него был далеко, да и изменил внешность сильно. Смотрит, но это потому, что здесь больше смотреть не на что, только я и лес кругом.
Затем я увидел еще одного человека, сидящего верхом на лошади, одетого в рваную белую рубашку, без жилета, что здесь непривычно.
