Автор
В мрачном суде под грохот старых черепков и тихим шелестом бумаги, Вера из сопредесниц увидела лишь бесконечную пустоту. Она бледнеет от страха, ощущая на себе невидимую волю, словно лошадь под приставленной к шеи удилищем.
И главное — такие дуэли здесь под присмотром, на них люди делают ставки, так что сжульничать возможностей мало, скорее даже вовсе нет. Платон рассказал, что несколько лет назад победителя в дуэли повесили «по-пиратски» же, в воде по грудь, потому что он своего приятеля в лесочке за второго стрелка спрятал. Приятеля рядом с ним повесили, к слову.
— Винтовка или ружье — на выбор, револьвер и нож, — сказал я. — Больше ничего. Снаряжение любое.
Слышал я себя при этом как-то со стороны, вроде даже и не я эти слова говорю.
— Тогда завтра к полудню приходи к дуэльному распорядителю со всем своим, там и определимся. — И заулыбался во всю ширь. — Знаешь, где это?
— Найду.
— Ну, сам ты напросился, — осклабился и Павел. — Раньше надо было думать, когда метлу свою отвязывал.
Говорил он хрипло и быстро, сам аж вперед подался, будто словами убить хотел. Точно, совсем разозлился. Достал я его. Отвечать я не стал, только улыбнулся доброжелательно.
— В городе такие дуэли любят, второй раз на тебе заработаю, — вновь ухмыльнулся Фома, драматично потирая руки. — И не вздумай сбежать: опозорю до конца жизни, если эта самая жизнь у тебя останется.
— Фома, ты насчет меня не беспокойся, холую своему сбежать не дай. Его уже черви на обед заждались.
Павел дернулся, но Фома его опять удержал.
* * *— И на кой черт тебе это все нужно? — спросил Иван-моторист, выскакивая из лодки и затаскивая ее дальше на гальку.
— С ними надо расходиться так или иначе, раз уж на них напоролись, — попытался я объяснить свой поступок. — Фома злобой пышет, если пытаться просто его избегать, то он навредит в самый неподходящий момент.
— А так что, не навредит? — Иван обернулся к лодочнику и сделал ему знак — жди, мол.
Лодочник, пожилой, лет за шестьдесят мужик, загорелый дочерна и при этом седой добела, уверенно кивнул в ответ, выбираясь из лодки и затаскивая ее еще дальше.
— Так он окажется на виду. Если я завалю Павла, а затем меня найдут с пулей в спине, то Фому, скорее всего, потащат на виселицу. Так? — Иван пожал плечами, но потом все же кивнул. — А ему этого не надо, он висеть не хочет. Да и Павла можно будет в будущем не учитывать.
