Летнее солнце притягивалось к лесным вершинам, заливая все вокруг ярким светом. В воздухе витала какая-то непонятная тайна, словно призрак затаился в предвкушении будущего боя. Ночь не наступила, а лишь замолчала природой, ожидая того, что вот-вот разыграется под улыбкой дня....
Человек балансирует на грани осознания собственной вины и радости, что хоть кто-то жив остался. «Черт, а приятно, что так радуются тому, что ты жив», – усмехнулся Буторин в душе. Но внешне он оставался угрюмым и «очень усталым». На вопрос Артема только отрицательно покачал головой. Прошел по землянке и тяжело опустился на лавку, стащил сапог, чтобы Козорез увидел его окровавленную повязку. Так спасение выглядит убедительнее."
"– Нет хлопцев, – тихо ответил Виктор. – Ты не возвращался, а до нас добрались какие-то ухари.
– Ты на меня так не смотри, – нахмурился Козорез. – Нет моей вины. И предупредить я вас не смог. Да мне бы никто и не дал.
– Значит, это из-за этого железа, что мы у немцев выкрали со склада с оружием, которое нам предназначалось? В чем дело, Артем, они же сами хотят, чтобы мы сражались в тылах Красной армии, когда русские сюда придут. Тогда что это за злая шутка с трубами и гайками?
– Я могу только догадываться, Виктор, – тихо ответил Козорез. – Эти железяки предназначены не нам, а сторонникам Мельника. Со мной в контакт вошел представитель СД, он гарантирует для нас оружие в схронах – пулеметы, патроны, взрывчатку, только бы мы остались и стали воевать после их ухода.
– В чем загадка такого приятного сюрприза «мельниковцам»?
– Не знаю, не уверен, но могу только предполагать, – поморщился Козорез.
– Выкладывай, я никуда не спешу.
– Я сейчас врача кликну, – приподнялся на лавке Артем, но Буторин остановил его:
– Потерплю. Ничего страшного. Ты давай, рассказывай о своих подозрениях.
– Кому-то важно нас разделить окончательно. «Мельниковцев» истребить, а может, и самого Андрея Мельника убрать с политической сцены.
