Дуня с удовольствием наблюдала за красотой природы — расцветавшими плодами деревьями и манящими ароматами цветущими вишняками. Солнечные лучи проникали сквозь листву, создавая мерцающие отражения на вытоптанных полянах. Это был отдых после бурных дней уборки и ремонта. Она чувствовала себя хозяйкой этого особняка, где каждый жест – от внимательного приготовления чайчика до беседы со старыми знакомыми — звучал как приглашение к общению и теплу....
— Иди давай, не мешай работать, — сердито спровадил он её.
— Ну и пойду.
— Княгиню проведай, а то обидится, — подмигивая хлопочущей Василисе, напоследок велел дед внучке.
Дуня согласно покивала. Примет её Мария Борисовна или не примет, но ей доложат, что Доронина младшая приходила. Это важно.
— Всё строят и строят, — проворчала Василиса, сторонясь и пропуская рабочих с тачками.
Дуня с завистью посмотрела на суету и продолжила путь. Ей подумалось, что ещё не так давно её проект будущего Кремля посчитали нежизнеспособным из-за больших окон, а начали строительство — и стекло подоспело …
Может, и с её слободкой сработает такой же финт? Надо ей заложить водонапорную башню — и глядишь, появятся нужные люди для решения остальных технических проблем.
— Дай дорогу! — угрожающе крикнул Гришаня, пробивая своей боярышне путь.
— Куда прёшь? — возмущенно ответили ему.
Дуня нетерпеливо выглянула из-за плеч Гришкиных ребят и посмотрела, кто не даёт ей пройти.
— Кто такие? — громко спросила она.
Воин удивленно посмотрел на неё, перевёл взгляд на старшую женщину, но Василиса ответила ему недовольно поджатыми губами и нахмуренными бровями.
— Княжьи вои мы, — поклонился воин.
Евдокия вопросительно выгнула бровь, не узнавая форму одежи, и продолжила выжидающе смотреть на него.
— Кхм, — кашлянул он и пояснил, — князя Юрия Васильича мы.
— Брат нашего князя приехал? — удивилась она.
Воин кивнул и посторонился, пропуская боярышню к княжьему дому. Дуня чувствовала, как её провожают любопытными взглядами. Оценивают одежду, неторопливость, гордо поднятую голову. Мужчины в этом времени не хуже женщин подмечают внешние признаки благополучия, тем более находящиеся на чужой территории.
Дуня обошла деревянный дворец и остановилась у входа на женскую половину. Позади послышались голоса, и она оглянулась. На крыльцо вышел Иван Васильевич с сыном и братом Юрием Васильевичем.
Княжичу скоро исполнится четырнадцать, но уже никто не сомневался, что он будет видным мужчиной, а уж отец и дядька были в самом рассвете сил. Ивану Васильевичу исполнилось тридцать один год, а брат всего на год младше.
— Вась, — тихо позвала ключницу Дуня, — ты не знаешь, Юрий Васильевич женат? Чего-то я не припомню, чтобы у него были детки.
