Высоко взлетевший холодок новогодней ночи окутывает город золотистой дымкой. Я выкатываюсь на улицу, сердце колотится так же, как и рябь в глазах моего парня, глядящего в объятиях вертихвостки сестры — лучшей подружке. Ночью надевать пальто необязательно, но я поскальзываюсь на морозе и упираюсь ногами в глубокий сугроб....
– С каких пор ты роешься в моих вещах?
– Не уходи от ответа, Ваня, ради бога! Я позвонила врачу, своему знакомому врачу. Так вот, он сказал, что такие таблетки жрут, когда все очень плохо. Что с тобой происходит?!
На последних словах она разворачивается, оказываясь со мной лицом к лицу.
– Все нормально, – напряжение вперемешку с раздражением берут верх, и я отступаю.
Делаю шаг назад, но визуальный контакт не прерываю.
– Ты мне врешь.
– Это не то, о чем стоит беспокоиться.
– И не то, о чем нужно знать, так?
У меня снова звонит телефон.
Мы вместе смотрим на оживший экран.
Татка закатывает глаза и вылетает из кухни.
Не бегу за ней следом. Отвечаю на звонок, наблюдая за тем, как моя женщина мечется по квартире в поисках своих вещей. Натягивает порванную юбку, свитер, закутывается в пальто и с громким хлопком двери вылетает на лестничную клетку.
Прекрасно просто.
Дослушиваю Каримова, обозначаю, что на работу запоздаю.
Быстро переодеваюсь и, прихватив ключи от тачки, спускаюсь во двор.
Перед Таткой как раз притормаживает такси. Резче, чем хотел, тяну ее за руку, вынуждая впечататься подбородком в мою грудную клетку.
– Прекрати бегать, – практически тащу ее к своей машине, слыша позади громкие выкрики водителя такси.
Чувак вроде и хочет защитить попавшую в беду девчонку в виде Азариной, так же он думает. При этом даже из машины не выходит. Ограничивается только запугиванием, что позвонит в полицию.
– Пусти меня, Токман!
– Уже, – засовываю Татку в машину, – только попробуй вылезти.
Медленно огибаю капот, не сводя с нее глаз, и сажусь за руль.
Азарина тем временем успевает кому-то позвонить. Ну или ей.
– Да, Ксюша, конечно. Я заеду. Держись. Я была в СИЗО. У Дениса все хорошо. Главное – верить. Не реви.
Татка сбрасывает вызов и, крепко сжав смартфон в ладонях, смотрит в лобовуху.
– Опять у Дениса? – задаю вопрос быстрее, чем успеваю подумать.
– Ты ревнуешь?
Азарина выгибает бровь, а на губах появляется гаденькая улыбочка. Дразнит, зараза. Специально.
– Я не ревную. Просто тебе нечего делать в СИЗО. Зачем ты шляешься по этим…
– Я тебя услышала!
– Ты сделала вид.
– Ты тоже делаешь вид, что все в порядке. Но это не так.
– Давай без демагогии. Это мои проблемы.
– А мне казалось, что, когда на безымянном пальце появляется кольцо, – проводит рукой перед моим лицом, – проблемы становятся общими, Ваня.
