Великолепный Олег Палежин вводит вас в мир довоенных подразделений, где ненависть выходит за пределы военной службы, и каждый шаг взаимоуничтожения сопряжен со злом. "Болевой порог" — это дожественная повесть о Тридцатьхвосьмом, когда война стала уже не просто средством самосохранения, а невыносимым кошмаром для всех, кто туда попал....
Он пытался поймать «Европу Плюс», а выходил на радиостанцию «Маяк».
– Почему у них нет «Европы Плюс»? – кричал он на Ефима.
Но тот только хлопал глазами, не совсем понимая, к чему клонит сержант. Заткнуть рот Титова мог либо кулак офицера, либо полковая каша. Из трофейного пакета он достал подсолнечное масло и макал в него хлеб. Механики принимали пищу на ходу за рулём, запивая чёрствый хлеб водой из фляжек. Когда пехота на марше, подвоз горячей пищи просто затруднен, потому как полевая кухня двигается в хвосте колонны.
– Саня, у нас в колонне около двухсот машин, так что на нас не нападут, не бойся! – крикнул Титов по связи.
– Да я и не боюсь, с чего ты взял? – спросил Скачков.
– Тогда обгони машину ротного, – предложил сержант, – а то я устал пыль глотать, лучше за «шишигой» пойдём.
– Если я обгоню машину ротного, – сказал Скачков, – то глотать будем не пыль, а слёзы, ты меня понял?"
"На Грозный с рёвом пронеслись штурмовые истребители, осыпая небо тепловыми ракетами. Серёга вылез из башни, задрав голову и придерживая кепку рукой.
ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ
Хребет расположен по правую сторону Терека. Его высота в некоторых отметках превышает восемьсот метров. Разведка и сапёры доложили, что маршрут, который нас интересует, заминирован и броню туда пускать нельзя. На помощь пришли танкисты. К танку Т-62 подцепили трал для разминирования нужного участка дороги. Башня танка не имела активной брони, и парни смотрели на этот раритет с некоторым недоумением.
– Вот, Саня, как они нас боятся, вон сколько сюрпризов приготовили! – сказал Титов.
