В приемной шефа разливался гнев и обида, словно тонущий корабль пытался вырваться из волнения. А Анаит стояла неподвижно, дрожа от неожиданности и страха, перед лицом главного врага своей новой работы — Артура Качканяна. Этакий монстр ума и сердца, его слова казались холодной каплей на ощупью юной сотрудницы....
Один бог знает, как ей было все эти годы тяжело…
Не удержался, подошел к Анаит совсем близко, обнял за плечи и прижался губами к ее виску в нежной ласке. Тут же сделал шаг назад, давая ей пространство. Ведь не хотел на нее давить. Наоборот, стремился показать, что не ждет от нее за свою помощь каких-то дивидендов. Для него теперь главное — не напугать любимую.
Секса хотелось, и даже очень. Но еще больше хотелось наладить с Анаит по-настоящему прочный контакт.
* * * Дима прогуливался по отделу мебели для школьников, выбирал для своей принцессы самый лучший, самый многофункциональный мебельный уголок.
Выбрал набор, который состоял из стола, стула с мягкой спинкой и подвесных полочек. Все одинакового цвета — нежно-розовое. К комплекту еще предлагался комод и даже светильник, решил взять и их.
«И вот эти часы куплю — с кошкой. Нана будет в восторге», — тут же решил он.
А что? Имеет полное право баловать свою маленькую принцессу. Она у него одна, зато какая!
Дима честно и откровенно балдел от своей маленькой дочки. Уже успел сводить ее в кино и развлекательный центр. Девочка — сплошной позитив, она бесконечно фонтанировала радостными эмоциями.
Дима любил смотреть, как Нана улыбалась. Что угодно готов был сделать, чтобы увидеть эти сладкие ямочки на ее щеках.
Добрая, чистя сердцем девочка — это ли не подарок?
Самое удивительное, стоило людям увидеть их вместе, все умилялись и твердили — она его копия. Его отцовство было очевидным для каждого. Только Дима не понимал, как такая красивая, миловидная девочка может быть копией большого, взрослого мужика.
Все в жизни Димы изменилось в одночасье. Быт, цели, желания.
Отчего-то ему начало казаться, что раньше он и не жил вовсе, так — мучился, существовал. А вот с Анаит и Наной — это настоящая жизнь.
Хлопнул себя по карману, услышав трель мобильного.
Достал, долго смотрел на экран, где крупными буквами значилось: «Кристина».
— Да чтоб тебя… — пробурчал он зло.
Хотя разве на нее он должен злиться? Э-э, нет. На себя и только на себя.
