В приемной шефа разливался гнев и обида, словно тонущий корабль пытался вырваться из волнения. А Анаит стояла неподвижно, дрожа от неожиданности и страха, перед лицом главного врага своей новой работы — Артура Качканяна. Этакий монстр ума и сердца, его слова казались холодной каплей на ощупью юной сотрудницы....
Он даже пошел в полицию, чтобы подать заявление об исчезновении… Только кто он Анаит? И Нане по документам он никто. Заявление взяли, сказали — ждите. Но Дима был уверен, никто ничего делать не будет, даже если он как следует пошуршит деньгами.
Решил обратиться к знакомому частному детективу, да тот не брал трубку. Впрочем, неудивительно — десять вечера.
«Завтра заявлюсь к нему в офис с утра пораньше», — решил он.
Вернулся в уже совершенно пустую квартиру, зашел на кухню, уселся за стол и опустил голову на руки.
Тут в кармане зажужжал телефон. Дима достал его и не поверил своим глазам, когда увидел на экране имя Анаит.
— Алло… Алло! — прокричал в трубку. — Ани, это ты?
— Я… — ответила она тихонько.
— Какого черта ты была недоступна? — принялся он ее ругать. — Я тебе миллион раз позвонил! Я всех на уши поднял… Я волновался!
— Со мной все в порядке, — ответила она сдержанно. — Наверное, надо было позвонить раньше… Сначала я хотела просто исчезнуть, а потом подумала, что это будет очень по-детски.
От этого ее робкого «Не кричи» у Димы все внутри перевернулось.
— Я не буду кричать, Ани! — проорал он в трубку, потом опомнился, сбавил тон, постарался продолжить спокойно: — Просто скажи, где ты, и я сейчас приеду. Адрес!
— Я не в Краснодаре, — призналась она обиженным голосом.
— А где? Пожалуйста, скажи!
И она назвала место — небольшой городок на Черноморском побережье, в котором Дима раньше никогда не был.
— Господи, зачем ты туда поехала? — нервно спросил он и крепче сжал трубку."
"— Мне надоел Краснодар, — ответила она, как ему показалось, со всхлипом. — Устала там пробиваться. Одна моя знакомая недавно звала в приморскую гостиницу администратором. Она шеф-повар в местном ресторане. Вот я и решилась…
— Что значит, тебе надоело пробиваться в Краснодаре, Ани? — взревел Дима, не выдержав.
— У меня нет дома, и никаких нас тоже больше нет! — теперь уже кричала она. — Не после того, что я узнала о тебе и Кристине! Господи, я не понимаю, зачем тебе вообще нужна была эта игра со мной, с Наной… Мы же живые, Дима! Зачем тебе понадобилось делать нам так больно…
Ее слова как удар под дых — такой же неожиданный и лишающий способности дышать.
