В приемной шефа разливался гнев и обида, словно тонущий корабль пытался вырваться из волнения. А Анаит стояла неподвижно, дрожа от неожиданности и страха, перед лицом главного врага своей новой работы — Артура Качканяна. Этакий монстр ума и сердца, его слова казались холодной каплей на ощупью юной сотрудницы....
Подхватил ее под попку и усадил на стол. Устроился между ее ног вплотную, стал целовать еще яростнее, прижимать еще крепче.
Она просила:
— Дима, не надо…
Но не отталкивала, наоборот — сильнее прижималась.
Очень скоро остатки одежды полетели в разные стороны.
Там все и случилось.
Самые волшебные минуты в его жизни произошли у обтянутого прозрачной клеенкой стола. Предложите ему все деньги мира, даже на них не променял бы то, что испытал, владея Ани. Окончательно одурел от осознания, что он у нее первый.
В те самые минуты Диме открылась мудрость вселенной, а также секрет счастья. Оказалось, все это пряталось в одной конкретной девушке, которая прямо в эту минуту извивалась в его объятиях. Пронзая ее собой, он почувствовал себя королем, императором, правителем вселенной. Сходил с ума от гулявшего по крови тестостерона и концентрированного удовольствия. Заглушал стоны Ани жадными поцелуями. Чуть не задохнулся, дойдя до пика, после которого жизнь никогда не будет прежней.
Когда удовольствие немного схлынуло, взгляд Димы упал на телефон, лежавший на столе неподалеку. Сам его туда бросил некоторое время назад.
Он бездумно потянулся к мобильному, включил камеру и попросил Ани:
— Улыбнись…
Раздался щелчок.
На экране отобразились он и она вместе. Влажные и голые.
Нет, нет, он ни за что не выложит в Сеть фото Ани, нежащейся в его объятиях. Это селфи исключительно для него — как доказательство, что волшебство ему не приснилось. Будет бесконечно им любоваться.
Дима ни за что не унизит Ани тем мерзким способом, как собирался сделать. А еще никуда от нее не уедет. Как можно уехать от любви всей своей жизни?
Глава 21. Падшая женщина
Щелчок фотоаппарата будто привел Анаит в чувство.
Она словно от дурмана очнулась и поразилась тому, с каким упоением еще недавно целовалась с Соболем. И не только целовалась!
Как же стыдно… Страшный позор.
Сама не поняла, как это все с ней случилось. Его ласки были так космически приятны, что оттолкнуть его казалось предательством.
Оглянуться не успела, как все случилось. От поцелуев Соболь быстро перешел к делу. Не поняла, как позволила ему в себя проникнуть. Боль оказалась мимолетной и совершенно незначительной по сравнению с тем удовольствием, которое получила взамен.
