Автор
В приюте для безнадзорных детей Евгения чувствует себя марионеткой по отношению к своим сессиям. Стрелка часов на ее часах неспешно движется, и она жаждет вырваться из этой вечно затянувшейся атмосферы бешеной усталости и независимости. Ей хотелось бы вздохнуть свободной дыханием вне этих стен, где каждый день кажется бесконечным кругом монотонных обязанностей....
Это самый лучший подарок на наш мини-праздник, — от всего сердца поблагодарила я Ника, потому что надоело спорить с ним до хрипоты за имя для нашей дочери.
— Это ещё не всё.
Ник опустился на колено, осторожно сгибая правую ногу, и достал из кармана коробочку с кольцом.
— Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой. Давно хотел сделать тебе предложение, но ждал момента, когда можно будет сделать это красиво, а не падать на пол трухлявой корягой с надломленной ногой.
Ник раскрыл коробочку и нетерпеливо сказал:
— Женя, нужно сказать «да».
Я вдохнула воздух полной грудью и рассмеялась:
— Чёрт!.. Ты даже не дал мне секундной паузы на то, чтобы восторженно всхлипнуть и сказать, что я тоже тебя люблю!..
— А я это уже знаю, — довольно усмехнулся Ник, надевая мне на палец кольцо. — И слышал.
Ник поцеловал мне руку и поднялся, обняв меня за талию.
— Когда ты слышал, что я тебя люблю? Я тебе этого вслух ещё не говорила!..
— Говорила, — усмехнулся Ник. — Ты разговариваешь во сне. Так что я слышал, как ты говорила мне: «Люблю тебя, Ник!» Неоднократно…
Ник не меняется.
— Да-а-а-а? Неужели я на самом деле болтаю во сне?
— Ещё как болтаешь, — заверил меня Никита.
— Что ещё я говорю во сне?
— Разное. Оказывается, ты горячая девчонка!..
— Ты только сейчас это понял? Спустя пять месяцев?..
— Нет, конечно же. Я понял, что ты жутко горячая девчонка сразу же, когда увидел, как ты крутишься вокруг пилона. Развратная заинька… — поддразнил меня Никита, целуя.
— Хорошо, если ты всё уже слышал, можно и не говорить, да? Будешь слушать, как я рассказываю о любви к тебе в бессознательном сознании.
— Никуда не годится. Люблю тебя, заинька.
Глаза Ника полыхали огнём нетерпения. Ещё немного — и я точно сгорю в этом тёмном пламени.
— Люблю тебя, Ник…
Никита притянул меня к себе, целуя. Одной рукой он держал меня за талию, а второй поглаживал живот.
— И когда здесь будет уже симпатичный арбузик?..
— Нетерпеливый…
— Очень, — усмехнулся Ник.
— Хорошо, давай.
Ник поднёс мне бутылку шампанского, сорвал фольгу и скрутил проволоку, отойдя в сторону.
— Давай… Встряхни её, как следует, и запускай.
— Отойди подальше, Ник, — попросила я.
— До этого места ты точно не достанешь! — заверил меня Ник.
— Уверен? — спросила я, чувствуя, что игривое вино уже готово вырваться на волю.
