Автор
В зале ресторана наступает мертвое молчание, когда диктор новостей оглашает страшную новость о крушении вертолета с двумя пассажирами — Алексеем Лавровым и его супругой. Но для Татьяны Лавовой эта информация меняет все. Она узнает, что сама признана супругой адвоката по ложным данным, чтобы скрыть истинные отношения между ними. Теперь она вынуждена жить под прицелом прессы и закона в роли фиктивного мужа, пытаясь оградить своего истинного супруга от беды....
Мой внутренний предатель делает так, что я вкладываю ладонь в мужскую ладонь.
Нулевое сопротивление. Война проигранная в первом же тайме.
— А это безопасно? — единственное, на что меня хватает.
— Мы будем с охраной, — Чертов перебирает пальцами и согревает мою кожу дозированной лаской.
Он почуял мою слабость?
Ведь так, да?
Видит, что я позволяю, и разгоняет скорости. Он подходит так близко, надвигаясь сзади, что аромат его одеколона примешивается к каждому глотку воздуха. Я чувствую его и признаюсь себе, что позавчера вместе с его умелыми губами запомнила его запах.
Чертов срывает пиджак с вешалки у входа и накидывает его на тело. Вызывает лифт, который приезжает прямиком в квартиру.
— А кобура? — я ловлю его заинтересованный взгляд. — Я еще в первую встречу заметила, что ты носишь кобуру.
Меня несет на встречу неприятностям, я делаю уверенный шаг к нему. Вычитаю последнюю дистанцию между нами и касаюсь ладонью его груди.
— Вот тут, — добавляю тише, и это не флирт, мне действительно становится труднее говорить. — Наплечную.
— Вот значит как, — его губ касается расслабленная усмешка, а в темных глазах полыхают искры, как звезды на чистом небе.
— Что как?
— Я ждал, что тебя накроет истерика после перестрелки, а у тебя другая реакция.
Он не дает мне опомниться. Показывает, кто тут хозяин и кто делает шаги навстречу. Его крупные ладони ложатся на мои плечи, порывисто взлетают выше, по шее, собирая мои волосы и сжимая плоть до обжигающих импульсов.
Они жесткие и рельефные, словно их высекли из камня. И они целуют так, что перехватывает дух. Это я запомнила в деталях.
— И какая у меня реакция?
— Ты хочешь почувствовать жизнь острее. Хочешь убедиться, что пуля прошла мимо и ты правда жива, — он говорит, а его пальцы идут к моему подбородку, уверенно, жестко и без капли сомнения, что я позволю.
Он продавливает меня в кабинку. Я не вижу дорогу, только по гулкому звуку понимаю, что это лифт, а еще понимаю, что не боюсь рядом с Чертовым не смотреть под ноги. Знаю, что он не позволит упасть.
Хотя нет, позволит…
В самую пропасть.
Его поцелуй обрушивает именно в нее. Он вжимает меня в стенку кабинки и накрывает своим массивным телом. Я выбрасываю руки наверх и каким-то чудом держусь подальше он его раненого плеча.
