В темном лабиринте под уличным светом, мусорные мешки с незнакомцем напоминают скорее копилку преступника. В глазах охраны я видел страх и недоверие — они готовы в любой момент переключить свой внимательный фонарик на меня, как быстрое и беспощадное оружие.
А когда внутри поработала пуля, порвав кишки, выпуская из них дерьмо и желчь…
Но самое поганое в этом другое: там нет жизненно важных органов, от повреждения которых человек умирает сразу. С порванными кишками можно легко подыхать в течение суток, а то и больше. Брр-р — врагу не пожелаешь.
— Не зна… — Договорить я не успел. Хлопнул выстрел. Вертухай дёрнулся, будто его пчела укусила, и обмяк. — Да твою мать! — закричал я. — Какого хрена ты делаешь⁈
— Да что тебе опять не так⁈ — возмутился брат. — Только не говори, что ты собирался угостить его сердцем!
— Нет, но…
— Тогда что⁈ — Он развёл руками.
— Ничего, — поморщился я. — Не слишком ли просто ты начал людей убивать?
— А он не человек. — Колян сплюнул на труп. — Мразь и гнида.
— Ну да, — буркнул я. — Мы-то с тобой — пример для подражания.
— Что? — переспросил он. — Ты там заклинание, что ли, читаешь?
— Всё, клюв захлопни, — огрызнулся я. — Всех касается: тишину словили!
Солнце окончательно скрылось за горизонтом, а мы всё ещё занимались утилизацией тел.
Всех людей собрали в одном доме, где я, смущаясь под их любопытными взглядами, принялся раздавать указания.
— Так, народ… — начал я и задумался. Всё-таки выступления перед массами — совсем не мой конёк. — В общем, как вы уже поняли, мы остались сами по себе. Место у нас хорошее… Стоп, а где ещё трое?
— Ванька с женой свалили огородами, как только замес начался, — ответил Михаил.
— Почему? — не совсем понял посыл я.
— Да потому что он у них язык в жопе держал. Всё им докладывал. Его даже кормили отдельно. Точнее, они его за свой стол сажали.
— М-да, — усмехнулся я. — Ну точно, прям вертухайские замашки.
— В смысле? — Теперь уже Михаил не понял ход моих мыслей.
— В прямом, — пустился я в объяснения. — Никакие это не военные.
