В темном лабиринте под уличным светом, мусорные мешки с незнакомцем напоминают скорее копилку преступника. В глазах охраны я видел страх и недоверие — они готовы в любой момент переключить свой внимательный фонарик на меня, как быстрое и беспощадное оружие.
В случае лобовой атаки здесь легко можно было разместить пару автоматчиков и позволить людям отойти к лесу, прикрывая отступление. Не совсем то, что я имел в виду, но всё же держать оборону здесь было куда как лучше, чем под открытым навесом. Осталось понять, с какой стороны на нас выйдут оставшиеся двое."
"Вряд ли они полезут через высокий частокол. Скорее всего, попытаются обойти с флангов, прикрываясь брёвнами от пуль. Именно эти места мы и взяли под контроль, а Михаил и женщина следили за прямой улицей, где остались лежать двое неприятелей.
Время шло, но никто так и не появлялся. Мир вокруг погрузился в тишину. Солнце уже коснулось горизонта, окрашивая всё вокруг яркими красками. До его окончательного захода оставалось каких-то десять минут, а может, и того меньше.
Но я оказался слишком высокого мнения о людях, что без зазрения совести убивали стариков и несогласных. Когда со стороны центра донёсся рёв двигателя, я уже всё понял. А вскоре, поднимая пыль, с одного из дворов выскочил УАЗик и помчался в направлении трассы. Колян припал к прицелу, намереваясь их остановить, но я сбил его ствол в сторону.
— Ты чё? — уставился на меня он. — Я бы попал!
— А оно нам надо? — усмехнулся я. — Лучше побереги патроны. Нас ожидает весёлая ночка.
— Нужно кровь бензином полить, — оживился Михаил. — А трупы в свинарник занести, там вонища такая, что всё скроет. Они всегда так делали, если казнили кого-то под вечер. А утром мы их в лесочке закопаем.
— Хорошо, займись, — кивнул я. — И всех остальных собери.
— Сделаем, — с довольной рожей ответил он. — Так вы не сказали: кто вы такие?
— Неважно, — гордо ответил Колян.
— Понимаю, — с хитрым прищуром кивнул мужик. — Ну теперь, выходит, вы наши защитники?
— Посмотрим, — поморщился я и наконец проглотил остаток чёрного сердца, который всё это время держал за щекой.
— А с этим что делать? — спросил Колян, нависая с оружием над подранком.
Да, ранение в брюхо — пожалуй, самое болезненное. Думаю, даже разжёвывать не нужно, почему. У каждого из нас хоть раз в жизни болел живот.
