В темном лабиринте под уличным светом, мусорные мешки с незнакомцем напоминают скорее копилку преступника. В глазах охраны я видел страх и недоверие — они готовы в любой момент переключить свой внимательный фонарик на меня, как быстрое и беспощадное оружие.
На победу я не рассчитывал, потому как реально оценивал свои шансы. Даже в схватке против женщины, которая претерпела изменения, мои шансы были близки к нулю. Спасся я лишь благодаря её излишней самоуверенности, ну и небольшой разнице в весе и физиологии. Женщина, какой бы сильной и опытной она ни была, никогда не одолеет мужика в борьбе. Да, можно использовать приёмы и повалить мужчину, перекинуть его через себя, но в тот момент, когда они оба перейдут в партер, слабый пол потерпит поражение. Так задумано природой, и с этим ничего не поделать.
Сейчас против меня вышли два амбала. Даже при условии, если они оба обычные люди, меня могло спасти только оружие. Но его нет, и куда его спрятал Серёга — неизвестно. Время на его поиск тоже отсутствует. А учитывая их силу и скорость, максимум, что я смогу, — это выиграть несколько секунд.
Но судьба или всевышний, не знаю, кажется, имели на наш счёт другие планы. Снаружи раздался шум двигателя, а затем кто-то окликнул амбалов. Я наблюдал за ними через окно, стараясь не высовываться.
Нет, я не стал бросаться им на спины, как герой американских боевиков. Ворвавшись обратно в комнату, где точно так же, украдкой, брат подсматривал за происходящим в окно, я выдохнул:
— Уходим!
Колян не стал спорить и сорвался с места с низкого старта, будто спринтер какой.
Ночной бег по пересечёнке — это отдельный вид мазохизма. Пока мы неслись через поле, упали каждый по несколько раз, а когда ворвались в лес, ситуация сделалась только хуже. Когда я полетел носом в землю, запнувшись о выступающий корень, стало понятно: скорость нужно снижать.
— Кажется, ушли, — пробормотал Колян, прижимаясь спиной к сосне.
— Угу, — выдохнул я и сплюнул густую слюну. — Повезло.
— Это точно.
— Что там произошло?
— Жопа полная, — хмыкнул брат.
