Вечерами он превращается в грустного Робинзона Крузо на необитаемом острове, создавая путь к следующей зарубке. Но каждое новое заключение лишь усугубляет бездну его вынужденного заточения. В этих потертых страницах скрыты его сны и таинственные отблески надежды, но вовсе не покоящегося здесь до самого конца....
А мы просто уйдём и поселимся там, где нет очередного козла, который сдаёт своих же на растерзание выродкам.
Но как только мысли свернули в эту сторону, а в памяти всплыли бесконечные дни заключения в бункере, ладони сами собой сжались в кулак. Нет, таким ублюдкам нет места под солнцем! И как только мне подвернётся хоть малейшая возможность завалить Глаза, я без колебаний ей воспользуюсь. Его действиям нет оправданий.
— Ты чего зубами скрипишь? — покосился на меня Стэп.
— Да так, глистов распугиваю, — отшутился я.
— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул он. — Это к коменданту надо. Но он может нас и не принять, вот так, с ходу.
— Вот сейчас и узнаем, — буркнул я и свернул к администрации.
На пути попалась та самая будка, которая расположилась в паре метров от здания, и я остановился возле неё, рассматривая обычную металлическую дверь.
— Там раньше катакомбы кремлёвские были, — тут же переобулся в гиды Стэп. — А при союзе их переоборудовали. Кое-что укрепили, и получился бомбарь.
— А далеко от нас до Ворсмы?
— Шестьдесят кэмэ примерно, — почесал макушку Стэп. — Ну плюс-минус, конечно, и смотря по какой дороге.
— А если напрямки, под землёй? — уточнил я.
— Понятия не имею. — Он пожал плечами. — А что? Ты уже второй раз об этом спрашиваешь.
— Ты ведь в курсе, откуда я к вам попал? — задал наводящий вопрос я.
— С фермы вроде…
— Угу. Так вот там мы каждый день тоннель копали. И хрен знает, куда он ведёт и зачем.
— Да хорош, ха-ха-ха, — расхохотался Стэп. — Это вообще нереально! Шестьдесят километров под землёй — да это они будут пару веков к нам пробиваться. Я, конечно, не специалист, но даже при помощи щита максимум метров десять можно за сутки пройти. И это при более-менее нормальных условиях. А если мы говорим о рукопашном пробое, так там вообще гаси свет.
— Ясно, — немного успокоился я. — Тогда я вообще не понимаю, куда они роют?
— Жилплощадь расширяют, — пожал плечами Стэп и усмехнулся.
— А если им навстречу со стороны метро копают? А если правительственная ветка километрах в тридцати? На сколько тогда срок пробоя сокращается?
— Всё равно туфта всё это, — отмахнулся приятель. — В ближайшие годы нам даже волноваться об этом не стоит. Ладно, пошли к коменду, попробуем за свой угол перетереть.
