Вечерами он превращается в грустного Робинзона Крузо на необитаемом острове, создавая путь к следующей зарубке. Но каждое новое заключение лишь усугубляет бездну его вынужденного заточения. В этих потертых страницах скрыты его сны и таинственные отблески надежды, но вовсе не покоящегося здесь до самого конца....
— Видишь, с другого конца резинка стоит?
— Ну.
— Если перекусить леску, резинка высвободит предохранитель. Перешагнуть тоже не выйдет, там под плиткой мина спрятана, плюс сверху какое-то дерьмо заложили. Возможно, на датчик движения завязано, как у фотоловушек в лесу. Не удивлюсь, если дальше ещё что-нибудь приготовили.
— А как ты мину увидел?
— Плитка сильно выпирает. Её даже специально мусором присыпали, чтоб не так очевидно было. Только я уже на эти приколы насмотрелся.
— Думаешь, в окнах их нет?
— Вот сейчас и проверим.
Окна располагались высоко для того, чтобы забраться в них без лестницы. Ну или ещё чего-нибудь такого, что позволит встать повыше. Пошарив по округе, мы приволокли к одному из окон строительные козлы, которые позаимствовали с площадки напротив.
Первым на них вскарабкался Стэп и некоторое время внимательно осматривал внутреннее убранство.
— Вроде чисто, — произнёс он.
— Вроде? — переспросил я. — А поточнее никак?
— Да нормально, не ссы.
— Даже ни одна мышца не дёрнулась, — смело заявил я. — Ну, что замер? Бей стекло.
— Ага, щас, — хмыкнул напарник. — Чтоб всю округу о нашем прибытии оповестить?
— И что предлагаешь?
— Нервы мне не мотать, — огрызнулся он, состряпав крайне важную рожу.
Стэп скинул рюкзак и извлёк из внутреннего кармана какой-то пенал, а когда он его вскрыл, я покосился на приятеля с уважением.
Следом из своей чудо-сумки он вытянул присоску. Небольшую, но достаточно мощную, чтобы удержать кусок стекла. Прилепив её, он чиркнул стеклорезом по контуру окна и принялся методично раскачивать его, пока по очерченной линии не пошла трещина.
Всё то же самое он повторил ещё дважды, проходя тройной стеклопакет насквозь. Но и на этом дело не кончилось. Прежде чем пролезть в образовавшуюся брешь, он ещё раз осветил фонарём помещение, в которое мы собирались проникнуть. Убедившись, что нам там не ожидает ничего страшного, он убрал инструменты и осторожно, стараясь не касаться острых краёв, забрался в кабинет.
