Вечерами он превращается в грустного Робинзона Крузо на необитаемом острове, создавая путь к следующей зарубке. Но каждое новое заключение лишь усугубляет бездну его вынужденного заточения. В этих потертых страницах скрыты его сны и таинственные отблески надежды, но вовсе не покоящегося здесь до самого конца....
Что мешало ему изгнать меня из крепости? Зачем оставлять врага под жопой? Или он надеется, что я уйду сам?
Я подхватил вещи и направился к складу, в надежде заодно побеседовать с Макаром. Что-то подсказывало: это он передал нашу беседу Глазу. Не удивлюсь, что и Костыля с Резаком сдал именно он.
Внутри всё кипело. Хотелось не просто посмотреть в глаза ублюдку, но и разбить ему рожу. Но я понимал, что в данной ситуации любой конфликт моментально обернётся против меня. И тогда у Глаза появится официальный повод вышвырнуть меня из кремля.
Возможно, загвоздка как раз в этом и кроется: он не может просто так, без причины, выставить меня за ворота. Появятся вопросы, на которые придётся отвечать, и не только перед Старым.
Нет, всегда можно придумать какую-нибудь историю, и народ схавает её на раз. Но что, если у электората уже имеются претензии к правлению? А они точно есть. Начальство никто не любит, это аксиома, не требующая доказательств. Каждый считает, что вот он-то точно сделал бы лучше, а правил бы в тысячу раз справедливее.
— Макар! — крикнул я прямо с порога, обнаружив пустое место за столом.
— Секунду! — вернулся голос из-за стеллажей, а вскоре появился и сам кладовщик. — А, это ты.
— А ты, типа, не ждал? — с нескрываемым презрением произнёс я.
— Зря ты так, — вздохнул он. — У меня не было выбора.
— Слышал когда-нибудь такую фразу: «Безвыходных ситуаций нет — есть неприятные решения».
— Мудро, — хмыкнул Макар. — Но я тебя предупреждал…
— Да насрать мне на твои предупреждения.
— Да пошёл ты, понял⁈ Это ты их в это дерьмо втянул! Я вам говорил, что нельзя в открытую против Глаза играть!
— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я и уселся на стул, что расположился возле стола. — Чё теперь делать-то?
— Снимать штаны и бегать, — крылатой фразой ответил он. — Могу кое-что подкинуть, если интересует.
— Ты о чём? — уставился на Макара я.
— О работе, за которую тебе заплатят. Интересно?
— Можно подумать, у меня от предложений отбоя нет, — усмехнулся я.
— Один из местных хочет кое-какие вещи из квартиры забрать. Я это дело для Стэпа держал, но он отказался. Хотя сейчас не знаю как… может, уже и вписался бы.
— Сколько платят?
— Десять грамм.
— Мало.
— А ты чё хотел вообще? Там делов-то — до адреса смотаться и ноутбук прихватить. Ну не хочешь — не берись…
— А я разве сказал, что отказываюсь? — Я покосился на Макара. — Пятнадцать.
— Десять, — с нажимом повторил кладовщик.
