Я говорила то, что, как мне казалось, он всегда хотел услышать, но отчего-то… Отчего-то с каждым моим словом его лицо становилось все мрачнее и мрачнее, пока, наконец, от него не стали исходить эманации такого гнева, что я ощущала его холодом на собственной коже.
— Сожалеть? Не нужно? — переспросил он, недобро щурясь и приближаясь ко мне со смертельно опасной и завораживающей грацией хищника. — Так не пойдет, Абигайль. За свои поступки нужно нести ответственность.
Гнев опалил ребра, и я чуть ли не завопила внутри.
Ответственность? Ах, ответственность! Снова он об этом пожаре!
— Да! — выкрикнула я, кривя губы. — Это я подожгла северную башню! И что теперь?! Убьешь меня за это?! Так ты решаешь проблемы?! Ты сам во всем виноват!
В его взгляде промелькнули опасные эмоции.
Я не просто играла с огнем, я кидала динамит в чертово пожарище! Я понимала это, но остановиться уже не могла.
— Это ты-то мне будешь говорить про ответственность?! А сам?! Поселил любовницу вместе с женой, относился ко мне, как к куску дерьма, обвинял в том, чего я не делала… Ты худшее, что случалось со мной в жизни! Скажи спасибо, что я спалила лишь ту чертову башню, а не весь замок вместе с тобой!
Келленвайн застыл, вглядываясь в мое лицо. А я скривила губы, сгорая от эмоций.
— Все, что я хотела — это держаться от тебя подальше и никогда больше не видеть твоего лица, а ты лишаешь меня даже этого?! Просто покончим с этим раз и навсегда. Уходи, забудь о моем существовании, и я с удовольствием сделаю тоже самое!
Я ожидала бури в ответ и готовилась дать отпор со всей злостью, что клокотала в каждой клеточке моего тела, но…
— У тебя есть час. Собери свои вещи и приведи нашу дочь. Если через час ты не появишься на берегу, мои воины прирежут каждую ведьму на острове, — хрипло проговорил он, и его серые глаза стали почти черными.
Я даже на миг не сомневалась в том, что это не простая угроза.
Собрать вещи? Привести Лейлу?
— Да, зачем мы тебе в замке?! — закричала я почти на грани отчаяния.
— У тебя есть час, — повторил Келленвайн мрачно и, резко развернувшись, направился к своему драккару.
— Ты безумец! — крикнула я ему вслед.
— Да, — бросил он, не поворачиваясь. — Ты сделала меня таким.
У меня не было слов… Ни единого гребаного слова.
— И что? Ярл был рад услышать твое предложение? — хмыкнул Хельтайн, когда я с мрачным лицом вернулась в пещеру.
— Мы возвращаемся к папе? — почти в тот же момент с надеждой спросила Лейла, поднимая на меня глаза.
