До кучи, это был не просто какой-то тритона, а Хель, который обожал выводить людей из себя.
Глаза Лейлы были ненормально яркими. А меня Келленвайн недолюбливал.
Спасти от ругани нас могло лишь чудо. И только на него и оставалось надеяться.
К берегу я подходила с ощущением, что направлялась на поле боя.
Сердце тревожно билось в груди, ладошки потели, а колени подгибались. Мы двигались медленно из-за Лейлы, которая отказалась сидеть на руках, а хотела выйти к отцу на своих ножках. И это вынужденное промедление лишь усиливало нервозность. Я бы предпочла с боевым кличем броситься на муженька, хотя и признавала, что это выглядело бы глупо, учитывая, что он вроде бы не собирался на меня нападать.
Наконец, мы добрались до расщелины в скале и, как и в прошлый раз, увидели Келленвайна раньше, чем он нас. Муженек стоял на берегу, широко расставив ноги и выжидающе сложив руки за спиной. Солнце играло бликами в его черных волосах, а ветер заставлял его темную рубашку пузыриться за его спиной, очерчивая красивый торс.
Но к моему удивлению, он был не один.
Позади него в несколько рядов на коленях стояли воины, низко опустив головы. Все они были закованы в цепи и выглядели, как приговоренные к каторге заключенные.
Я насчитала по меньшей мере шестьдесят человек.
Сказать, что я удивилась, ничего не сказать.
Это еще что такое? Откуда Келленвайн взял всех этих мужчин, а самое главное, зачем приволок сюда?! Но пока я анализировала обстановку, произошло страшное.
— Папа! — вдруг крикнула Лейла и, вырвав ладонь, бросилась на берег.
— Лейла! — воскликнула я, срываясь с места вслед за ней.
Но было поздно. Келленвайн уже увидел глаза дочери и словно заледенел. По его лицу прошла тень, и он стиснул челюсти, буравя Лейлу мрачным взглядом, а она неуверенно застыла, не добежав до него пары шагов.
От ее робкого голосочка, в котором без труда угадывался страх, я вся вспыхнула гневом, как поднесенная к огню спичка, и, в пару шагов добежав до крохи, задвинула ее себе за спину.
— Что с ней? — спросил он голосом, который не предвещал ничего хорошего, переводя на меня взгляд.
Я вскинула подбородок, глядя на него с неприкрытым вызовом.
— С Лейлой все в полном порядке. Она жива и здорова. А разве похоже, что что-то не так? — ядовито проговорила я, клокоча от злости.
