В пещере холодных листьев и скрежета дверей начинается необычный поединок. Быстрые шаги и шуршание приближающихся крахмаленной невесты заставляют её сердце биться из-за ужаса и надежды одновременно. Все знают о потрясительном случае недавно, но она не виновата!
Ведь твой отец тоже умер в относительно молодом возрасте. Это случилось во дворце. Мы говорили с ним, потом он вышел и… знаешь, как оно бывает? Смерть приходит внезапно. Ты ведь не хочешь, чтобы это коснулся и тебя? Или ты тоже веришь в собственную уникальность?
Я выпрямила спину, не мигая глядя в хищное драконье лицо. Он — первое лицо империи, всесильный и всемогущий — угрожал мне… слабой и беззащитной. Я не тешила себя иллюзией, что семья Сальваторе смогут меня защитить от него.
Никто не сможет.
От этого кольнуло острой иглой где-то под рёбрами.
— Я дочь своей матери. Да, я благодарна деду за шанс на другую жизнь, но я не принадлежу к Лоусонам. Разве что наполовину по крови. — разлепив пересохшие губы ответила я. — Я простая девушка из Канавы. И всегда ею буду.
Морщины на лице императора разгладились. Он улыбнулся, потянув уголок губы в верх:
— Ты хорошая девочка, Эвелин. Если сможешь стать одной из нас — полноценной драконицей — то выйдешь замуж за наследника Сальваторе. Если же не выйдет… не думаю, что семье Сальваторе будет нужно пачкаться об эту грязь.
— Но закон… — нахмурилась я. — Как вы избавите нас от исполнения завещания? Лишите Сальваторе всех их денег? А меня наследства деда?
— Я могу изменить что угодно в империи. Одно лишь моё слово. Что мне какое-то завещание? Я могу карать и миловать одним взмахом руки.
— Понимаю, — почти прошептала я.
— А теперь иди, Эвелин. Думаю, мы ещё встретимся. И помни — знать своё место важно для выживания.
Я встала и поклонилась так низко, как только могла.
И только оказавшись за дверью и пройдя несколько коридоров академии с прямой спиной и невозмутимым взглядом, я прижилась спиной к стене и почувствовала, как меня трясёт от пережитого.
Император что-то затевает.
Он позвал меня, чтобы проверить? Но что он может знать? Что может подозревать? Я понимала, что нужно рассказать всё семье Сальваторе, но мне не хотелось доверять сейчас свои переживания вообще никому. Не хотелось в таком уязвимом состоянии показываться перед теми, кто тоже использует меня.
Я вышла во двор академии. Вокруг было ни души, первое испытание турнира должно было подходить к концу, адепты были на стадионе.
Интересно, как там Кристиан? Наверняка справился. Он со всем справляется. Я села на ступеньки, закрыла глаза и послала Вирендионии мысленный сигнал, что я не пострадала.
В ответ меня окутало теплом. Она во мне не сомневалась.
Да уж…
Только вот испытание-то я не прошла.
