Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
И впихнула его мужчине за щеку, нашла болевую точку.
— А-а, сука! — взвыл тот.
Убрал руку с груди и занес над головой, чтобы ударить. Но Марта усилила боль. Рука грубияна обвисла плетью.
— Во дает! — усмехнулся парень.
Он и не думал заступаться за своего напарника. Хоть за это спасибо…
— Упырь, ты же больше не будешь? — спросил он.
— Не-е, — сквозь стон ответил тот.
Марта отпустила мужчину со странным именем Упырь.
— Коза бодучая…
— А ты, Упырь, не тронь девочку. И она послушной будет. Правда, Марта?..
Марта покорно кивнула. На нее навалилась сонная усталость и полная апатия.
Парень знал, как ее зовут. Она должна была удивиться этому. Но ей было все равно…
В руках у парня появилось темное платье грубого пошива. Он протянул его Марте и даже помог ей одеться.
Она больше не спрашивала, куда ее везут. Не удивилась, когда машина затормозила в каком-то безлюдном месте. Рядом с ней остановилась четырехдверная «Нива» с затемненными окнами.
Черноволосый парень собрал в кучу одежду и с ней вышел из «Волги». Из «Нивы» выбрался молодцеватый крепыш в кожанке. Он взял одежду, забросил ее в свою машину. А сам достал сигарету и закурил на пару с парнем.
Через некоторое время из «Нивы» вышла молодая женщина. В знакомом костюме. Марта не сразу поняла, что это ее одежда. И еще позже до нее дошло, что эта женщина как две капли воды похожа на нее. Только на лице почему-то ссадины и порезы…
Марту вывели из «Волги», пересадили в «Ниву». А женщина заняла ее место. Никогда не забыть Марте насмешливо-презрительный взгляд, каким она ее наградила.
И в этой машине все так же. За рулем бритоголовый парень, по бокам от нее два крепыша. Только люди другие, не те, которые были с ней в «Волге». Но ей было как-то все равно.
«Нива» выехала на дорогу. И пошла в противоположном направлении от столицы. Но Марта этого даже не заметила.
Ей сильно хотелось спать. Веки будто свинцом налились, глаза застилал туман. Она не сопротивлялась. Словно сон был ее спасением…
* * *Проснулась Марта в какой-то комнате. Белые стены, белый потолок. Белая дверь перед глазами. Белый компьютер сбоку. И кресло белое, в котором она сидела. Руки и ноги стянуты стальными обручами, ими она прикована к креслу. И на шее тоже обруч. Абсолютно никакой возможности вырваться из этого плена.
Дверь в комнату открылась. Появились какие-то люди. В руках у мужчины в белом халате она увидела шприц.
— Не бойся, дорогуша, все будет в порядке, — усмехнулся он.
