Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
Марта проснулась, с трудом открыла глаза. Увидела молодую красивую женщину. Знакомые черты лица. Где она ее видела?.. Может, во сне?..
— Вставай, кушать принесли…
— Катя?..
Марта узнала эту женщину. Это Катя Юсупова, жена Павла, приятеля Никиты.
— Здравствуй, Марта, рада тебя видеть, — грустно улыбнулась Катя.
— Где я?..
Марта села на кровати, опустила ноги на пол. Огляделась.
Мрачная комната, стены, выкрашенные серой масляной краской. Окон нет. Лампа дневного освещения под потолком. Коврик под ногами, жесткие брезентовые тапочки под железной койкой.
В комнате сухо, тепло. Окна нет, но воздух свежий — поступает из тонкой трубы в стене. Видно, под землей они находятся. И воздух сюда идет под гнетом сильных моторов.
— Там же, где и мы, — усмехнулась дородная женщина.
В халате на голое тело, с мокрыми распущенными волосами она выходила из-за фанерной ширмы в углу комнаты. Там душ или просто умывальник?..
— А все-таки?
— А ты что, не узнаешь? Это же отель, — хмыкнула женщина.
— Мария Викторовна, ну зачем вы так? — с упреком посмотрела на нее Катя.
— А ты не вякай! — заткнула ей рот женщина. Подошла к столу, на котором дымились кастрюля и чайник.
— Так, что у нас на завтрак?..
Марту этот вопрос волновал мало. Она не хотела есть — под горлом стояла тошнота. Голова кружилась, в руках, ногах слабость.
— Так все-таки где мы?
— В тюрьме… В частной тюрьме, — горько усмехнулась Катя. — Ты же помнишь, что тебя похитили…
— Я очень надеюсь, что это сон.
— Увы, увы. Это не сон.
— Как я здесь оказалась?
— Тебя вчера утром привели. Вернее, принесли. Я тебе постель постелила, уложила.
— Меня напичкали какой-то дрянью.
— Я знаю. Я все знаю… Мы все прошли через это.
— Давно ты здесь?
— С тех пор, как меня из больницы забрали… Другую вместо меня положили. И эта другая живет сейчас с моим мужем… Вернее, жила…
На глазах у Кати появились слезы, она всхлипнула.
— Ты все знаешь?.
Марта вспомнила, что Катин муж погиб на охоте. Трагический случай. Или даже убийство.
— Знаю… Мне уже сказали…
— Радоваться надо, что мужа нет, — подала голос Мария Викторовна. — А она ноет…
Марта недоуменно посмотрела на нее.
— Ну чего вытаращилась?.. Святые мне тут нашлись… Лично я даже слезу не обронила, когда мне сказали, что мой Вася с двадцатого этажа свалился… Знаю я его, кобеля. Небось у своей мымры был — их у него без счету. Там его и прищучили.
