Никите особенно нравился музыкант Розенбаум. Его песня "Утки" запал в душу. Но стрелять никому он не хотел — поначалу это было необходимостью, но теперь казалось просто беззаконием. Однажды Никита был вынужден применить оружие, и вот эта история его спасла.
— Есть.
— Какие?
— Вы звонили другу Зайцевой, угрожали ему.
— Я? Угрожал?.. Вздор какой-то…
— Может, и вздор. Но пока у нас есть основания считать, что вы могли убить гражданку Зайцеву из ревности.
— Бред сивой кобылы, — Никита нервно забарабанил пальцами по крышке стола.
Попытался сосредоточиться.
— Между нами ничего не было… Но если бы даже и было — это мое личное дело. И это вовсе не значит, что я мог убить ее из ревности. Чушь собачья. И вы, полковник, прекрасно это знаете…
— Ничего я не знаю, — жестко усмехнулся полковник.
— А при чем здесь я?"
"— На пистолете были обнаружены отпечатки пальцев. Мы сравнили с данными, занесенными в нашу картотеку. И знаете, чьи пальчики выдал компьютер?..
Никита медленно опустил руку к нижнему ящику стола. Открыл его. Глянул. И почувствовал, как немеет тело.
Говорила же Марта, не держи в кабинете пистолет. Неважно, что проведенный через разрешительную систему. Этот пистолет может выстрелить в него…
— На пистолете обнаружены ваши пальчики, гражданин Брат, — добил его полковник.
Кто-то выкрал пистолет из его кабинета. Кто?.. Может, сама Тамара его взяла. Только она имела сюда доступ. Но ведь про этот пистолет она и не знала. Никто не знал о нем. Лишь Марта…
— Но у меня есть алиби, — попытался найти себе оправдание Никита.
— Да?.. Интересно?..
— Я был у жены в больнице…
— Мы уже узнавали. Туда вы приехали уже после того, как случилось убийство… С кем вы ехали в больницу?
— Один… Я очень спешил. Не взял охрану…
Но даже если бы при нем были телохранители, их показаниям — грош цена. Они умереть за него готовы, а уж дать ложные свидетельства — тем более.
— Вы могли застрелить свою секретаршу по пути в больницу. Убить и ехать дальше…
— Но я ее не убивал!
— А вот в этом разберется следствие! — отрезал полковник.
Да, полковник прав. Никите достаточно слово сказать, и бойцы его службы безопасности смешают ментов с дерьмом. Но вряд ли Никита этим чего-нибудь добьется. Только усугубит свое положение. Лучше в изоляторе пару-тройку дней провести.
