В темной комнате шестого утра, Никита чувствует себя как в сне. Его жена Марта неотразима: ласки и поцелуи превращают его в слушателя любви. Просыпаться становится невмоготу — он остро ощущает бурю чувств, заставляющую шуметь кровь и пульсировать грудь.
Но Лелька не стала запирать ее. И Брату не позволила.
— Евгений должен прийти. Ему нужно посмотреть, какой ты работник… Ну чего стоишь? — спросила она. — Раздевайся.
Она первая стянула с себя куртку, сняла блузку, стащила через голову юбку. Осталась в одних трусиках. Брат и опомниться не успел, как и этот кусок ткани полетел вслед за всем остальным. Все так легко, непринужденно."
"А сам он только свитер успел снять.
— Э-эх ты, недотепа! — вздохнула Лелька. — Придется помочь!
Она подошла к Брату. Стянула с него рубаху, джинсы, даже трусы.
Лелька отошла от него на пару шагов, осмотрела его оценивающим взглядом. И восхищенно:
— Какой ты!
Тело у него крепкое, мускулистое. Атлетическое сложение. Может, он в прошлой жизни очень активно тягал железо.
— Тебе только в сериале сниматься, — сказала Лелька. — «Спасатели Малибу».
Да, о таком сериале он слышал. И даже пару серий просмотрел. Только бы вот вспомнить, где и с кем это было.
— Красавчик ты, а тело у тебя класс! Только… — Лелька разочарованно покачала головой.
Брат понял, о чем речь. Пипик — это то, что висит у него между ног. Именно висит.
— Непорядок, — с какой-то даже обидой протянула она. — Ты что, не хочешь меня?
— Не знаю. — пожал плечами Брат. — Может, и хочу.
— Что-то непохоже. Слушай, а может, ты волнуешься? — спросила она. — От этого иногда бывает упадок сил.
На слове «упадок» она сделала особое ударение.
— Может, волнуюсь, — снова пожал плечами он.
— А может, и нет, — все так же передразнила его Лелька.
И язык показала. Потом провела этим языком себе по губам. И тут же сделала два шага вперед, опустилась перед ним на колени. И взяла его пипик в руку. Коснулась его языком.
Внутри него что-то всколыхнулось. Мощный прилив крови ударил в пах. И началось…
Никита отступил от Лельки, закрыл свое восставшее хозяйство руками.
— Не надо, — покачал он головой.
Почему не надо? Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Лелька очень хороша собой. Он же свободен, у него нет ни жены, ни любовницы… Стоп!.
— Может, ты голубой? — обиженно спросила Лелька.
— В смысле педераст?
— Ага, педик…
— Нет, не педик. Это я тебе точно говорю.
— Может, импотент?
— Не знаю…
— Давай еще раз проверим?
Лелька снова подступила к нему.
— А давай не будем…
— Значит, ты сволочь!
Она недовольно тряхнула своей пышной гривой. И начала одеваться.
