В черте города живут два соседних мира: один на пляже с деревянными мостиками и другим в тени железной завесы. Братки – не значит братья: каждый за свое. Лариса прекрасно это понимала, но любоваться им не хотела. Ночи луной кишат городом, синим светом пляжных фонарей — и железным грохотом станции. Это о чем-то говорит....
Он обогнет дом с другой стороны, там и встанет, чтобы дождаться исполнителя.
Через две с половиной минуты Архип вышел из подъезда, нервно глянул по сторонам и шмыгнул в проход между домами. Никто не пытался его преследовать. Поэтому Саня передал по рации, что все спокойно, а спустя пару минут сам выехал со двора. На этом для него все и закончилось…
На следующий день Ямал получил оставшиеся деньги и поделил их на всех. Архипу он отстегнул пятнадцать тысяч, как исполнителю, себе – десятку, как организатору, Зеленому и Сане досталось по пять штук, остальное легло в общую кассу.
Глава 19
Патрон мягко вошел в камору, барабан жестко защелкнулся, револьвер с грохотом лег на стол. Аким с ужасом смотрел на пистолет, хотя Фирсан и не предлагал ему приставить ствол к виску. Но ведь предложит.
Облажался Аким. Его бойцы захватили майора Солодова, повезли его в лес, но по пути на них напали какие-то люди в масках. Всех избили, а двоих с собой увезли.
– Где мент? – спросил Фирсан.
– Не знаю!
– Сутки прошли. Ни слуху о нем, ни духу… Как это понимать?
– Тут что-то не так, – промямлил Аким.
– Что-то не так у тебя сейчас в голове будет… Бери!
– Толян!.. Анатолий Геннадьевич!!!
– Я сказал, бери!
Патрон вареный, и если боек пробьет капсюль, выстрела все равно не будет. Мало ли, вдруг у Акима крыша от страха съедет, и он повернет ствол против своего босса.
Но Аким стрелять в него не стал. Крутнув барабан, дрожащей рукой приставил ствол ко лбу, зажмурился, скривив лицо, и нажал на спуск. Холостой щелчок привел его в чувство, но пот продолжал катиться со лба по щекам.
Фирсан забрал у него пистолет, откинул барабан. Нет, боек бил по пустоте в каморе.
– В следующий раз полный барабан заряжу, – пообещал он, бросив револьвер в ящик стола.
– Я найду Солодова! – взяв себя в руки, пообещал Аким.
– Боюсь, он теперь сам объявится. Неспроста все это, неспроста… – Фирсан открыл сейф, достал оттуда две упаковки по десять тысяч долларов в каждой. – Это тебе командировочные. Давай дуй домой, возьми там деньги, загранпаспорт и поезжай в Питер.
