В окнах моего просторного кабинета горели цветы русского триколора, стены обшиты японскими панелями с вкрапленными LED-ярками. Внезапно японская электроника начала хихикать, как будто самим фактом проникаясь моей душой. Постепенно понимаю — это не просто предчувствие, а интуитивный приёмник, отклик на новые миры и культурные разломы....
– Если понадобится работа – забегай в гостиницу или клуб. Помогу встать на ноги. Съездишь на курорт какой-нибудь, подлечишься. За счет фирмы, ясно. Могу вышибалой взять, коли пить бросишь. Тысяча долларов в месяц – в пять раз больше твоей прежней ментовской зарплаты. Ну, бывай!
На улице все было спокойно. «Мерс» и «Волга» мирно стояли у подъезда, дожидаясь меня. Двое из наших мальчиков, дымя сигаретами, фланировали по тротуару неподалеку, страхуя подходы. На одном из них был плащ, несмотря на теплую безветренную погоду.
«Автоматишко под плащ загасил, – сразу просек я. – Хотя, надо признать, все это дохлый номер. Против одной-единственной снайперской винтовки и дюжина «Калашниковых» ни черта не поможет. Не стоит обольщаться».
– Как прошла встреча? – спросил меня Цыпа, распахивая дверцу автомобиля. – Это он?
– Нет, – разочаровал я соратника, привычно заняв заднее сиденье. – Кожевников явно не при делах. Опустился вконец мент, вещи из дома уже начал пропивать Слизняк бесхребетный, но в будущем может оказаться опасен или полезен.
– Кстати, о еде! – встрепенулся телохранитель. – Пора заехать в клуб пообедать.
– Аппетита даже на ломаный грош нет, – отмахнулся я. – Рули домой. Там что-нибудь сообразим чревоугодное – холодильник твоими стараниями битком набит.
– Тогда разреши, я ребят на полчасика отпущу. На одних бутербродах они долго не протянут.
– Не возражаю.
Цыпа отправил «Волгу» с мальчиками насыщаться необходимыми калориями в ближайшей ресторации и вернулся на свое обычное рабочее место – за руль «мерса».
На улицах Екатеринбурга царило относительное затишье. В учреждениях и на предприятиях города трудовой день еще не закончился, а для праздношатающейся легкомысленной публики время еще не настало.
Когда мы, оставив «колеса» на автостоянке, уже почти дошли до подъезда, Цыпа вдруг заорал истошным голосом:"
"– Ложись, Евген! – и по-обезьяньи прыгнул на меня, загораживая от дороги.
Прежде чем грохнуться на асфальт под тяжестью телохранителя, я все же успел мельком увидеть проезжавшие мимо на малой скорости «Жигули». Из бокового окошка водителя торчала рука с пистолетом. Вместо лица у стрелка было какое-то неясное размытое пятно. Так обычно бывает, когда на голову надет капроновый чулок. Уже падая, услышал злые хлесткие выстрелы. Четыре или пять – точно не скажу.
