Автор
Российская империя в 1836 году. Константин Русинов, старый князь из Малороссию, с неудобством глядит на клубящуюся пыль у окна, выходящего на дорогу, которая ведет к Днепру и далеким равнинам. Вдали за белыми домами виднеется первые признаки транзита войск, нависшие над этой маленькой воинской усадьбой....
Я попросил ее руки, и она согласилась.
— Значит, теперь она счастлива с вами?
— Будет счастлива, — сказал Василий не допускающим сомнений тоном.
— Слава Богу, — вздохнул барон. — После рассказа вашей матушки о поведении моей дочери я испугался, что Алин никогда не примет вас и именно потому и сбежала. Но если она сама хочет выйти за вас…
— Я сказал, что она будет счастлива, барон. Но пока она еще переживает, что ее возлюбленный Лейтон оказался никчемным негодяем, никогда не помышлявшим о женитьбе. Я дал ей время прийти в себя, но, как только мы поженимся, она, черт возьми, забудет его, я вам это обещаю!
Константин снова нахмурился:
— Вы говорите, она всего лишь неохотно согласилась на брак? И это после того, как вы столько времени провели вместе?
— Боюсь, мы не очень хорошо начали наше знакомство, — признался Василий.
— Но если она не знает, что никакой помолвки не было, почему же она отказывается меня видеть?
— По-видимому, она не может простить, что вы навязывали нас друг другу. Моя благодарность вам не знает границ, но вы много на себя взяли, барон. Если бы мои чувства к Александре были иными, я бы…
Василий не успел закончить фразу. В дверях появилась Таня со словами:
— Она идет. О, прошу прощения…
— Все в порядке, Таня.
— А где Штефан?
— В часовне, — ответил Василий.
— Разве тебе не полагается быть у алтаря?
— Я буду там через минуту."
"Кивнув еще раз, она прошла в часовню. Теперь Василий оказался в щекотливом положении, потому что ему предстояло попросить своего будущего тестя удалиться. Он не хотел снова расстраивать Александру, а у него были опасения, что так и получится, если увидит отца. Но, видимо, удача окончательно отказалась служить графу.
Появилась она, ослепительно прекрасная в своем подвенечном платье из шелка цвета слоновой кости, отделанном белоснежными бельгийскими кружевами и крошечными жемчужинками, — это платье было заказано лично Василием, — и у графа захватило дух. Невеста не испытывала такого затруднения.
Заметив отца, она повернулась и, не говоря ни слова, вышла.
— Алин? — крикнул Василий и побежал за ней, но его опередил Константин.
