Автор
Российская империя в 1836 году. Константин Русинов, старый князь из Малороссию, с неудобством глядит на клубящуюся пыль у окна, выходящего на дорогу, которая ведет к Днепру и далеким равнинам. Вдали за белыми домами виднеется первые признаки транзита войск, нависшие над этой маленькой воинской усадьбой....
К несчастью, будучи баронессой, вы вполне подходите в качестве жены, а то, что я не хочу жениться ни на вас, ни на любой другой женщине, — не достаточно веская причина пренебречь желанием моего отца, по крайней мере так уверяет моя мать.
Алин бросила на него взгляд, полный отвращения:
— И вы позволяете матери распоряжаться вашей жизнью?
Ей удалось задеть графа за живое, вспыхнув, он огрызнулся:
— Вы тоже разрешаете своему отцу указывать вам!
— Мой отец лично договаривался об этом нелепом браке, и я не посмела бы посмотреть ему в лицо, если бы не помогла сдержать слово.
— Тем больше у меня оснований оставаться в этой чертовой ловушке. Моего отца уже не уговоришь, а с вашим еще можно попытаться. Так почему бы вам, сударыня, не взять это на себя? Или вы предпочитаете взглянуть, каким я буду, если мы поженимся? Даю слово, что вы всегда останетесь для меня помехой, хоть я и постараюсь не обращать на вас внимания.
На мгновение Александра стиснула зубы, но сумела овладеть собой, даже улыбнулась:
— Вполне, если вы не имеете ничего против весьма обременительных сцен на людях.
— Прошу прощения.
— Я просто предупреждаю.
Выдержав паузу, девушка бросила графу в лицо его же собственные слова:
— Как вам это кажется — приемлемым? Василий навис над ней, стараясь подавить ее своим ростом и вызвать замешательство, но Алин не отступила.
— Я не люблю угроз, сударыня.
— Разве это угроза? Вы показали мне, каков будет наш брак, а я всего лишь объяснила, как я это восприму.
Глава 9
Александре удалось закрыть дверь так же тихо, как и выходя из кабинета отца, но своей, расположенной дальше по коридору, она хлопнула так, что задрожали стены. Девушка была в такой ярости, что готова была плеваться и кусать ногти.
