Ночь пропитана алкогольными запахами и неформальным шуткам. Парнишке-чайкину предстоит выбрать: продолжить беседу с теми, кого он считает незнакомцами, или сбежать от шумного московского клуба. В эти минуты будто все на свете зависло в воздухе, ожидая решения одного юноши....
Шагнув назад, говорю с претензией:
— Зачем? Чтобы ты трахнул меня и даже об этом не вспомнил?
— Я тебя не трахал… — Уронив одну руку, второй он ерошит волосы. — Я с тобой «занимался любовью», — последние слова он выделяет идиотским тонким голосом, потом ухмыляется и добавляет: — Но ты права. Это будет по-скотски. Жаль. Я бы не отказался тебя трахнуть…"
"— Не в этот раз, Влад, — вздыхаю. — Если пришел только за этим — уходи.
— Гонишь? — Разводит он руки.
Снова вздохнув, отталкиваю его в сторону и закрываю за ним дверь.
Запах его парфюма оседает у меня в носу. Знакомый. Будоражащий и успокаивающий одновременно.
Влад припадает плечом к стене, провожая мои действия развеселым взглядом.
Могу с уверенностью сказать, что мне больше нравится тот Градский, который хорошенько проспался.
Беру его ладонь в свою и тяну в глубь квартиры.
Бросив взгляд на сложенные в углу коробки, он послушно следует за мной.
В моей квартире появился диван. Усевшись на него, Влад устало трет глаза и широко зевает.
Включив свет, останавливаюсь рядом с Градским и ладонью ерошу его и так растрепанные волосы.
Он закрывает глаза и откидывает голову, изображая на лице удовольствие. Его напряженные плечи в самом деле опускаются и расслабляются, пальцы гладят меня под коленями, но собравшиеся на лбу морщины заставляют сказать:
— Что у тебя случилось? Ты можешь мне рассказать…
— Не грузи свой юный мозг.
— Ты меня всего на шесть лет старше. Я за тебя переживаю, никогда… ты не был вот таким… — говорю и сажусь на диван рядом с ним, поджав под себя ноги.
— Каким? — Поворачивает ко мне голову.
Смотрю сначала на его губы, потом возвращаюсь к серым усталым глазам.
— Уязвимым, — произношу еле слышно.
Влад тихо смеется, говоря:
— Ты меня с кем-то путаешь.
— Я никогда тебя ни с кем не путаю, — делаю то, чего он так не любит: напоминаю, что для меня он единственный и неповторимый.
— Правда? — бормочет, наклоняясь ко мне и заглядывая в глаза.
Его ладонь обнимает мою щеку, большой палец обводит губы, слегка царапая их подушечкой.
От него пахнет алкоголем, но этот запах смешан с запахом его одежды и пены для бритья, поэтому не кажется неприятным.
— Правда… — Трусь щекой о его ладонь. — Зачем ты здесь?
— Ты единственная меня не раздражаешь. — Наклонившись ближе, заменяет свой палец губами.
Этот поцелуй тягучий и медленный, но головокружительный, как и любой другой его поцелуй.
