Он лучший друг моего брата. Моя безответная любовь. Он старше на пять лет, а я люблю его с пятнадцати. Он смотрит не на меня, а сквозь меня, не видит во мне девушку, а я хочу, чтобы он стал моим первым, а лучше всего — единственным.Продолжение истории - "Будь моей" - пишется.
Я проваливаюсь в свои мысли так глубоко, что в какой-то момент они, кажется, становятся сном, но потом машина тормозит, и этот толчок выбрасывает меня в реальность.
В квартире Андрея прохладно и темно. Он включает тусклую верхнюю подсветку по периметру коридора и широко зевает, прислонившись плечом к дверному косяку. Вальяжно расстегивает манжеты своей рубашки, пока мы с Крис цепляемся за стены и хихикаем, пытаясь избавиться от обуви.
Она осматривается, заглядывая в глубь квартиры. Изучает стены коридора, обвешанные разным коллекционным барахлом, которое мой брат собирал по всему миру в своих путешествиях.
— Это древнее порно? — Крис тычет пальцем в деревянные фигурки двух спаривающихся слонов, прибитые к стене.
— Это народное балийское зодчество, — проходит мимо нас Андрей. — Чистые футболки в комоде, — бросает через плечо. — Вода на верхней полке в холодильнике. Аспирин в аптечке. И не высовывайтесь из комнаты до десяти утра. Дайте поспать.
— Ты мог и не просить об этом…
В ванной я не вижу никаких признаков присутствия Стаси.
"Стащив с себя платье, быстро надеваю огромную футболку брата и забираюсь под одеяло, чувствуя, как гладкое постельное белье холодит кожу. Примяв щекой подушку, наблюдаю за тем, как Кристина пошатываясь заходит в комнату и расчесывает волосы пальцами.
— Я приму душ… — говорит еле слышно. — Я не могу спать грязная…
— Как хочешь, — шепчу, глядя в незашторенное окно от пола до потолка.
— Ты как, Арина? — Крис трогает меня за плечо. — Ты его что, лапала? Вас чуть Андрей не спалил.
— Давай не сегодня… — прошу ее тихо.
Я проваливаюсь в сон, как только эти слова вылетают из моего рта.
Меня будит жажда. Ощущение, словно во рту пустыня Гоби и я не видела воды дней десять. Я не хочу умирать от обезвоживания, поэтому трясу головой и опускаю ноги на холодный паркет.
— Ай… — вою в полутьме. — Твою мать!
Коридор освещает только тонкая полоска света из-под двери ванной. Иду к ней, прихрамывая, топая босыми пятками по полу.
— Крис? — стучу по двери пальцами. — Ты там? Все в нормально?
Я слышу возню и хриплое:
— Да-а-а… я… в туалете…
— Я за водой. Тебе налить?
— Д… да.
— Тебе плохо? — Дергаю дверную ручку вниз.
