Ночь пропитана алкогольными запахами и неформальным шуткам. Парнишке-чайкину предстоит выбрать: продолжить беседу с теми, кого он считает незнакомцами, или сбежать от шумного московского клуба. В эти минуты будто все на свете зависло в воздухе, ожидая решения одного юноши....
Не бросается в суету, просто ждет, как и я, а его палец зажимает пульс на моем запястье.
Мой пульс частит. Молотит как бешеный о подушечку его большого пальца.
Градский смотрит в мои глаза, и мне кажется, будто воздух вокруг нас щиплется. Если он не чувствует того же, то просто осел.
Наверху шумят деревья, или это моя кровь шумит в ушах? Считаю ресницы вокруг серых непреклонных глаз и зависаю на отметине еле заметного вертикально шрама в темной прямой брови. На еле заметных морщинках в уголках его губ, которые похожи на скобки…
Градский наблюдает за мной, но ему ничего не нужно делать, чтобы меня прочесть.
По шее бегут мурашки, когда его голова вдруг склоняется набок, делая миллиметровый выпад вперед. Так, будто собирается поцеловать…
Не дышу, глядя на его губы.
Легкий хлопок калитки извещает о том, что мы опять остались одни.
Дернувшись так, будто этот хлопок пришелся ему по голове, Влад выпускает мое запястье и хрипловато говорит:
— Через месяц я уезжаю, но, даже если бы и нет, все осталось бы так, как было.
Моргаю и злюсь.
Я всегда хотела, чтобы моим первым был он. Был моим. Впервые в жизни его цинизм меня злит!
— Я секс без любви не рассматриваю, — говорю ему.
— Эта романтичная херня со временем пройдет."
"— Надеюсь, что нет. — Нагнувшись, подхватывю с земли поводок и добавляю: — Можешь в этот раз не убегать. Я сама уеду. Развлекайся.
Проскользнув мимо Градского, задеваю его грудь своей и со всей дури хлопаю по кнопке смесителя, открывая поток холодной воды.
— Твою мать! — взвывает Градский, отплевываясь.
— Хорошего отдыха! — бросаю через плечо и несусь к дому, забив на свой сарафан.
В своей комнате наверху переодеваюсь в сухую одежду. Вызвав такси, смотрю в окно на двор, где спустя пару секунд появляется мокрый Градский.
Развлекаться.
Глава 11
— Думаешь, он что-то сожрал? — Андрей смотрит назад, туда, где на своей пеленке лежит наш пес, и возвращается взглядом на дорогу, одной рукой перестраивая машину в левый ряд.
— Не знаю… — смотрю в печальные глаза Бени. — Просто какой-то вялый. Только пьет, и то мало.
— Он вялый последние пять лет, — замечает брат.
