В древнем сельце драконы ходили среди людей, поднимая пыль и заставляя зверей бежать по волнам радости, пронизанным яростными лаем собак. Пятнадцатилетняя девочка вглядывается в тени над деревней — сколько там драконов? Сколько всего они не заметили: ведь тринадцать пять....
Морока была еще та, если честно. Сама не рада, что затеяла. Но жить в грязи и пыли не хотелось. Фрам, незаметно следующий за мной, молчал, о чем-то размышляя. Правда, дважды, стоило леди Прейм появиться в коридоре, незаметно пробирался в первые попавшиеся покои, заставляя меня по-глупому хихикать от абсурдности ситуации.
– Не ожидал, что она избавится от аллергии так быстро! – заметил Фрам, снова появляясь в поле моего зрения.
Быстро забрал у Ганса букеты полевых цветов (я так и думала, что в данном мероприятии задействован этот проказник!) и снова исчез.
– Погоди, она еще и к тебе пойдет жаловаться, – заметил Фрам.
Я вздрогнула и поспешила сбежать в совершенно противоположном от леди Прейм направлении.
– Не знаешь, зачем фрейлин здесь держат?
– По статусу положено.
Тьфу! А пользы-то никакой! Но боюсь, эти вековые устои драконов я не изменю.
Мы перешли под арку, вынырнули в отделанной светлыми панелями галерее. Я покосилась на портрет величавого мужчины средних лет с высокими скулами и острым подбородком. Один из предков Ария?
– Его прапрадед, – пояснил Фрам.
Хм… Похоже, я все-таки добралась до портретной галереи.
– Почему здесь так мало картин? – удивилась я, рассматривая очередного предка моего мужа.
– Наш народ живет долго, миледи. И у этого, естественно, есть обратная сторона. Дети рождаются реже. В обычной семье – не больше трех, в правящей – и того меньше.
– Поэтому драконы так любят и берегут детей?
– Да. У нас самое страшное наказание грозит тому, кто попытается отнять жизнь ребенка. Ведь порой для того, чтобы он появился на свет, нужно много времени и сил.
Когда Фрам об этом рассказывал, в словах скользила нежность, но я встревожилась.
"– То есть я могу умереть и не родить Арию малыша?
– Почему? – поразился Фрам.
– Я – человек. Мой век гораздо короче.
– Вы – пара дракона, миледи. После того, как станете с мужем единым целым, срок вашей жизни увеличится.
– Арий об этом тоже не рассказывал, – вздохнула я.
Фрам ничего не ответил.
Я подошла к следующему портрету. На нем была изображена светловолосая женщина с сапфировыми глазами. Она смотрела прямо, гордо приподняв подбородок.
