Эпический исторический роман о героических сражениях восьмого века, когда арабские войска под знаменем ислама захватывают земли Европы. Величественный рассказ о битвах у стен Константинополя, в Пиренеях и под Пуатье, где решается судьба континента и вера людей.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Букелларий»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Эпический исторический роман о героических сражениях восьмого века, когда арабские войска под знаменем ислама захватывают земли Европы. Величественный рассказ о битвах у стен Константинополя, в Пиренеях и под Пуатье, где решается судьба континента и вера людей.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эпический исторический роман о героических сражениях восьмого века, когда арабские войска под знаменем ислама захватывают земли Европы. Величественный рассказ о битвах у стен Константинополя, в Пиренеях и под Пуатье, где решается судьба континента и вера людей.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
После чего я расспросил булгарина о наших общих знакомых, узнал последние новости из Булгарского ханства и Римской империи. После неудавшейся попытки сменить римского императора, хан Тервель попал в немилость у римлян. К тому же, император Ллев Третий объявил иконы идолами, а почитание их — идолопоклонством. Самое забавное, что следовал он примеру своего арабского коллеги, уже покойного, Язида ибн Абдул-Малика, приказавшего уничтожить в халифате все иконы и заодно кресты. Хану Тервелю иконы нравились. Ему вообще нравилось все, что не нравилось римским императорам. В итоге булгары стали врагами римлян. Сил напасть на них у Льва Третьего не было, как и у хана Тервеля нанести достойный удар, поэтому два народа сейчас жили мирно, что не устраивало многих кочевников, поэтому они и подались на чужбину поискать счастья.
— В деревне зерно и вино еще остались, мы все не увезем, — сказал напоследок Котраг.
— Мы заберем, — пообещал я."
"Булгары, нагруженные добычей, спокойно уехали из деревни, а мой отряд так же спокойно зашел в нее с другой стороны и выгреб то, что не забрали они.
— Почему мы не напали на скифов? — спросил Алахис, который теперь был моим заместителем.
— Потому что это не их война. Сегодня они на той стороне, завтра на нашей. Так что не будем зря убивать друг друга, — ответил я.
Судя по мимике, лангобард не понял мой ответ. У него мир черно-белый, без оттенков: свои-чужие, христиане-мусульмане, богатые-бедные…
Во второй раз мы встретились через день. Ближе к вечеру наша армия добралась до долины на правом берегу Дуная неподалеку от Регенсурга, столицы герцогства. Там нас ждали враги — объединенная армия баваров и алеманнов. Как догадываюсь, дать сражение именно в этом месте они решили потому, что в случае поражения смогут скрыться за городскими крепостными стенами. То есть в свою победу не верили. Что не мудрено, поскольку в их армии было тысяч пять воинов против наших шести с половиной, примерно на треть состоявших из тяжелых кавалеристов. Во вражеской коннице было всего сотни три букеллариев баварского герцога Гримоальда Второго и алеманнского герцога Лантфрида и сотен пять булгар, в основном конных лучников. Вступать в бой сходу Карл Мартелл не счел нужным, приказал располагаться на ночь, чтобы поутру со свежими силами вломить врагам.
Поскольку до захода солнца оставалось пара часов, я в сопровождении десяти подчиненных отправился выполнять секретную миссию своего сеньора.
