— Приближается зима, а мне еще надо навести порядок в Провансе, наказать этого мерзавца Мавронта.
— Нарбонна важнее, — сказал я.
— Знаю, — произнес он и добавил франкскую поговорку: — Но лучше одна птица в руке, чем две в кустах.
В этот момент и прискакал гонец с вестью, что в устье реки Берра, километрах в десяти от нас, высаживается с галер и круглых судов армия мавров, посланная, видимо, на помощь осажденной Нарбонне.
66
День выдался пасмурный. С моря дует хлесткий ветер, вышибает слезу. Я в первой шеренге тяжелой кавалерии, которая на левом фланге.
Мы построены привычным для германцем тупым клином — «свиньей». В первой шеренге десять всадников. Я в центре нее и вооружен длинным тяжелым копьем. Такое же у Алахиса, который стоит правее меня. Он должен будет расчистить путь передо мной, а я — перед тем, кто левее меня. Больше никто не захотел овладевать этим оружием. Более легкое и короткое копье, которым бьют, занося над плечом, пока привычнее германцам."
"Правый фланг поведет в атаку Карл Мартелл.
Мне кажется, он начал завидовать моей популярности у букеллариев, поэтому решил отметиться в важном сражении. Если быть честным, важное оно только в том смысле, что с маврами. Нас больше раза в полтора и тяжелая конница составляет процентов шестьдесят нашей армии, а у мавров ее почти нет. Большую часть пехотинцев мы оставили возле Нарбонны, чтобы гарнизон не ударил нам в спину. Зато у врага много лучников, размещенных на флангах на склонах холмов, поросших маквисом и труднодоступных для конницы.
Когда мы пойдем в атаку, окажемся под их обстрелом. Наши враги выбрали удачное место для боя. Как рассказал гребец-гот, сбежавший с вражеской галеры, командует маврами эмир Умар ибн Халид, набравшийся полководческого опыта в войнах с восточными римлянами, а сильный враг — лучший учитель. Я предлагал мажордому всех франков отказаться от обычной схемы, поставить конницу в центре, а пехоту на флангах, чтобы сперва согнала лучников со склонов. Меня не послушали. Карл Мартелл решил, что справимся лобовой атакой.
Он поверил в непобедимость тяжелой конницы, потому что, в отличие от меня, не видел, что могут сделать с ней хорошие лучники, до которых трудно добраться. Маврские, конечно, не дотягивают до будущих английских длиннолучников, не говоря уже о монгольских стрелках, но их достаточно много. Я проинструктировал подчиненных, чтобы держались подальше от склона холма и четко выполняли мои приказы, то есть следовали за мной без страха и сомнений.
