Силуэт в тумане — как чары провинции снимают маски городской суеты. Исчезает шум, соседи скрывают личные проблемы за деревьями, и репортеры заскучали над прокатом новостей. Теперь только тихий рассвет и умирание орхидей в близлежащем саду напоминает о реальности.
Так как, вы согласитесь сходить со мной куда-нибудь?
– Не говорите глупостей, – отрезала Белявская. Но Владимир видел, что его предложение не оставило ее равнодушной. – Вы нарушаете больничный режим, все предписания врачей, а потом еще хотите, чтобы я пошла с вами на свидание? Это уже просто верх наглости.
– А чего зря время терять, Евгения? Я уже не мальчик.
– Вот встанете на ноги, тогда и посмотрим, – уклончиво ответила Белявская. – Кавалер на костылях! О том ли я мечтала…
– Ради вас я готов на все что угодно. Но в больницу больше не вернусь.
Белявская шумно вдохнула, собираясь еще что-то сказать, но в это время напомнил о своем присутствии Борис Макарский.
– Евгения, нам бы с вами поговорить подробно о случившемся, – встрял он. – Может, заглянете в полицейский участок? Расскажете мне все, что вам известно о погибшей. Как я понял, вы с ней давно знакомы?
– Да, когда-то мы с Юлией работали вместе… Разумеется, я в вашем распоряжении, – кивнула Белявская. – Завтра утром подойдет? Часов в девять?
– Отлично, – тут же согласился Макарский.
Владимир Мезенцев недовольно поморщился.
«У себя»? Старик уже занял его кабинет, хотя утверждал, что ни на что не претендует. Нужно поскорее привести себя в норму. Сколько можно ощущать себя древней развалиной!
Но как поскорее вылечиться, Владимир не знал. Спина и в самом деле ужасно болела, только сильные болеутоляющие помогали ему держаться на ногах. Видимо, придется все же ложиться на операцию, другого пути нет, но только тогда, когда боль станет настолько невыносимой, что даже таблетки перестанут помогать.
Евгения попрощалась и села в свою машину. Мезенцев, тяжело опираясь на костыль, сделал несколько шагов по лужайке и резко остановился, зажмурив глаза.
– Так, хватит, – раздраженно бросил ему Борис Макарский. – Хочешь терпеть боль, терпи! Но я не собираюсь смотреть, как ты сейчас свалишься без сознания у всех на виду!"
"– А что делать? – сквозь зубы прошипел шериф. – Если даже врачи не в силах быстро поставить меня на ноги… Но я терпеть не могу больницы… проваляться еще несколько недель – выше моих сил!
– К знахарке сходи, если врачам не доверяешь, – тихо проговорил Макарский.
Шериф удивленно уставился на старого полицейского. Такого он точно не ожидал от него услышать.
– Вы что, шутите? – раздраженно спросил он.
– Вовсе нет. Съезди, если вылечиться хочешь. Есть тут одна, Кадиша ее зовут. Давно уже в окрестностях Клыково живет.
