Асе Катунцевой повезло выиграть ужин с любимым телезвездой среди элиты шоу-бизнеса. Но праздничный вечер резко обрывается убийством. Начинающей журналистке предстоит разобраться в переплетении интриг, секретов и опасных связей блистательного мира развлечений, где каждый готов многое скрыть.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Бумажный занавес, стеклянная корона»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Асе Катунцевой повезло выиграть ужин с любимым телезвездой среди элиты шоу-бизнеса. Но праздничный вечер резко обрывается убийством. Начинающей журналистке предстоит разобраться в переплетении интриг, секретов и опасных связей блистательного мира развлечений, где каждый готов многое скрыть.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Елена Ивановна Михалкова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Асе Катунцевой повезло выиграть ужин с любимым телезвездой среди элиты шоу-бизнеса. Но праздничный вечер резко обрывается убийством. Начинающей журналистке предстоит разобраться в переплетении интриг, секретов и опасных связей блистательного мира развлечений, где каждый готов многое скрыть.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
В записях Кутикова никаких пометок.
– А где он сам был?
– Фейерверки тестировал. Я могу подтвердить.
– Ты у нас главный подозреваемый, – усмехнулся Илюшин. – К убитому испытывал личную неприязнь. Был оскорблен им в присутствии свидетелей.
– Свидетеля, – поправил дотошный Сергей.
– Ну пусть свидетеля. Вспылил, наговорил ему в ответ гадостей. Ушел заедать обиду пирожными. Не обнаружив последних, впал в исступление, вернулся, отыскал Баширова в оранжерее и огрел его по голове купидоном. Убедительно?
Бабкину внезапно остро захотелось пирожных.
– Неубедительно. Я бы успел остыть, пока шлялся по столовой.
– Жаль, – вздохнул Макар. – Сдал бы я тебя правоохранительным органам. Получил бы заслуженный гонорар.
– К тому же я успел поговорить с Жорой, – вспомнил Бабкин.
– А, телохранитель.
Илюшин вдруг рассмеялся.
– Ты чего?
– Вот охранники-то подобрались у Баширова – один другого круче. Первый его сначала подставил, потом обхамил, а затем вовсе сбежал…
– Не сбежал, а ушел с достоинством, – буркнул Сергей. – К тому же я фальшивый телохранитель.
– Второй тоже смылся, хотя обязан был неотлучно оберегать доверенное ему тело… Братцы, да у вас прослеживается явственный сговор! И алиби нет ни у того, ни у другого.
Бабкин порыскал в записях Кутикова. Телохранитель, телохранитель… Где же он? И что это за неизвестный ему Пащенко? Ах, так это же он и есть!"
"Георгий Пащенко. Примерно в шесть двадцать оставил Рината Баширова одного в комнатке-гримерке, ушел в столовую, где встретил своего лже-напарника. Поговорил с ним минуты три, захотел курить. Следующие десять-пятнадцать минут пробыл на заднем дворе, пока кто-то не прибежал с криками, что его босса убили. Никого не видел, ни с кем в разговоры не вступал. Слышал только звуки запускаемых салютов из-за дома.
– Кстати, это означает, что у самого Кутикова железобетонное алиби, – вслух подумал Сергей.
– Если только фейерверки за него не запускал кто-то другой, – немедленно возразил Макар. – Что с Грегоровичем?
– Богдан слушал Шаляпина в своей комнате. Переодевался к ужину.
– Постой, к какому ужину? Вы ж ели!
– Ко второму. С тортиком. Который внизу в это время поварихи украшали.
Макар возвел глаза к потолку.
– На первое картошка-фри, на второе тортик. Утренник какой-то в детском саду, а не тусовка короля поп-сцены. Где, черт возьми, женщины легкого поведения? Где наркотики? Выпивка, в конце концов? Шампанское рекой, обнаженные негры по колено в пенной струе, разврат и порок, кокаиновые дорожки и разбросанные по огороду шприцы? Где мускулистые тройки голых юношей, запряженных в карету, из окна швыряются купюрами балерины и певицы? Где размах, в конце концов?!
Бабкин засмеялся.
