Сергей Бабкин пытается отбросить сомнительные мысли утром, когда звонит Игорь Васильевич. В трубке играет «Шутка» Баха. Несколько мгновений они обмениваются вежливыми приветствиями и делают вид, что всё в порядке. Только здесь начинается необычная история — как бы маленькая капля на стеклянной короне над бумажным занавесом....
Все, что случилось с Гагариной потом, приносило душе Анжелы успокоение и чистую радость. Есть, есть справедливость на этом свете! Насмешливая дрянь лишилась всего: мужа, таланта, поклонников, любимого дела… Даже собственного привычного облика.
Разве не заслуженная расплата за гнусную шутку десятилетней давности? «Я никому не позволяю унижать себя безнаказанно!» – с гордостью твердила Анжела.
Гагарина, однако, не сгинула в дебрях продуктовой лавки. А загадочным образом выплыла и даже вернулась на тот берег, с которого когда-то стараниями Анжелы Бирюковой брякнулась в мутные воды забвения.
– Подсунула, – проговорила Анжела. – Фотографию. И Никита не знал?
– Вот ты тупая, а! Он эту девчонку вчера впервые увидел.
«Никита не знал, – повторила про себя Анжела. – Не знал».
Не знал!
Перекосившийся мир, кажется, начинал выравниваться.
Подождите-ка… То есть все ее мучения, терзания, подозрения, которыми изъязвлена вся душа – дело рук Гагариной?! Обернувшей ловкий фокус Анжелы против нее самой?
Только теперь Бирюкова окончательно поняла, какую шутку с ней проделали.
– Ах ты тварь! – холодным от бешенства голосом сказала Анжела и кинулась на Олесю.
4– Вы позволите?
Ася отложила книгу, в которой вот уже двадцать минут не могла сдвинуться с одной строчки, и поднялась навстречу камердинеру.
– Гель, который вы просили. Должно помочь.
Иннокентий протянул оранжево-белый тюбик.
– Ой, спасибо! – обрадовалась Ася. Руки зверски чесались, про лодыжки и говорить нечего.
На языке вертелся вопрос, как продвигается расследование, и, подумав, девушка решила, что вполне может проявить интерес. В ее положении любопытство – это естественно.
– Скоро все закончится, – обтекаемо сообщил Кеша. – Вы уже хотите покинуть нас? Богдан Атанасович расстроится. Но вы ведь помните, что он ни в коем случае не удерживает вас здесь, правда?
– Помню, – кивнула Ася. – Передайте, пожалуйста, Богдану Атанасовичу, чтобы он не беспокоился. Я пробуду здесь столько, сколько потребуется.
Она виновато улыбнулась.
– Сочувствую вам, – серьезно сказал камердинер. – Рассчитывать на приятный ужин, а вместо этого оказаться в центре расследования…
– Вовсе я не рассчитывала на приятный ужин! – неожиданно для самой себя выпалила Ася.
Кутиков поднял бровь. Надо было срочно объясняться.
– Понимаете, звезды, они ведь… – сбивчиво поведала Ася. – Вам лучше знать.
