В Казани завязывается вокруг странных преступлений бунт отверженных — молодёжной разновидности известного "казанского феномена". В серых подъездах и скучающих улицах старого города начинается нечто новое, что противоречит всем нормам и ослепляет сознание. Это "Тяп-Ляп", банды из самых отчаянных, которые впервые за многие годы выступают как ответ на давнюю бездну городской преступности....
Преставившись, он попросил о свидании со своим клиентом.
– Разве он вас нанимал? – поинтересовался Белов. – По-моему, он даже не заикнулся об адвокате, а тем более о вас.
– Меня наняли его родственники. Впрочем, вас это не касается. У меня есть все необходимые документы.
– Вы знаете, я этим делом не занимаюсь. Вы же бывший следователь, и должны знать, что разрешение на встречу дает следователь, который ведет уголовное дело.
– Я ему звонил, но его нет на месте, и мне посоветовали обратиться к вам.
– Извините, но я ничего не могу сделать. Ждите следователя, свидание только через него.
Белов положил трубку и, улыбаясь, посмотрел на следователя, сидевшего за его столом.
– Вот видишь, зашевелились. Похоже, здорово напугались. Что у нас с обыском?
– Ребята уехали и сейчас, наверняка, уже там. Посмотрим, что они там накопают.
***"
"Обыск в доме Тазиева продолжался уже второй час. Одна из понятых – женщина лет семидесяти дремала, сидя на старом продавленном диване.
– Понятые, прошу подойти к столу, – пригласил их оперативник. – Сейчас я при вас открою эту коробку.
Парень толкнул рукой пожилую женщину, та вздрогнула и открыла глаза. Она долго соображала, что от нее требуется и лишь после дополнительного приглашения встала с дивана и подошла к столу.
– Понятые, вы видели, что я эту коробку достал из-под ванны. Сейчас, мы ее откроем и посмотрим, что находится внутри.
Оперативник осторожно снял с коробки крышку и положил ее рядом. В коробке ровными рядами лежали патроны к охотничьему ружью двенадцатого калибра.
– Гражданка Тазиева! Вы можете пояснить, откуда у вас в доме боеприпасы и кому они принадлежат?
Женщина, молча, пожала плечами, так как действительно не знала, откуда они и кому принадлежат.
– Извините, но я действительно не знаю, откуда эти патроны и тем более не знаю, кому они принадлежат. У моего мужа и сына никогда не было никакого оружия.
