Арина, подобравшися к комендантке, остановилась в крыле женского сектора. Ее улыбка была хладнокровной, как камень, и внешность не выдавала дружелюбия: острые складки на лице, тонкие губы под старой помадой, впалые глаза — как будто мир прошлого не мог оставить ее безумием. Прошлый век, а она здесь....
Что же случилось с твоей хозяйкой? Дай мне подсказку, Амелия.
Часы перешагнули за полночь. За окном послышались хлопки фейерверков. Восторженные крики студентов действовали на меня угнетающе. Стянув заколку с волос, я с психом запульнула её в стену и уже приготовилась скинуть балетки, как послышался прерывистый стук. Такой мерный, как если бы мне передавали послание.
Он пришёл."
"Распахнув дверь, я на минуту потеряла дар речи.
Андрей выглядел безупречно, словно сошёл с обложки элитного журнала. Гордый, подтянутый, в дорогом чёрном костюме и начищенных до блеска ботинках.
Как и я, он прошёлся по мне долгим, оценивающим взглядом.
– Знал бы Демон, что поведёт на бал Ангела… – он жадно вдохнул, точно от голода, – … переосмыслил бы свои грехи.
Новая волна смущения прокатилась по позвонку.
– Спасибо, – тихо прошептала я.
Достав из кармана живую фиалку, Андрей аккуратно вставил её в мои волосы, будто знал, чего не достаёт причёске. Затем учтиво выставил локоть, приглашая на выход. Без лишних слов и движений, что было редко в нынешнее время. Он явно был обучен хорошим манерам.
Как один человек мог быть таким разносторонним? И где он настоящий?
– Прошу меня простить, я опоздал, – извинился парень, когда мы спускались по лестнице.
Мне не удалось сдержать улыбку.
– Дай угадаю, украл их из кабинета английского?
– Воровство – это низость, Рина. Если мы не говорим о краже девичьего сердца, – подмигнул парень, а после приложил мою руку к своим губам.
Казалось, на коже остался ожог.
– Уверена, таким парням не нужно прибегать к преступлению.
Впрочем, удержаться от кокетства было сложно. В череде сумасшедших дней я и забыла, что такое быть девушкой. Девушкой, которой искренне восхищаются.
На смену неловкости пришла уверенность, как только мы переступили порог актового зала. И пусть музыка не затихла, сновавшие студенты на миг замерли.
