Помолвка! — радостно объявила старая герцогиня. Но мой мир сжался до одного лица и один взгляда, сузившийся к моему побледневшему виду и напряженному сердцу. Я стояла в роскошных дверях гостиной, лишь ощущая его взгляд — как я входила, улыбка исчезла мгновенно, словно неуместная перед обжигающей реальностью....
Для чего королевской семье нужна Наташья? Хотя, в свете последнего позорного мира, который спешно подписали, популярность королевской семьи значительно снизилась.
А я говорил, что мы можем легко дожать противника и разбить его в следующей битве. И тогда не придется идти ни на какие уступки. Но король Дидор Восьмой решил все по — своему. А мы ведь уже подобрались к столице противника.
Я снова прокручивал события утра перед глазами.
В тот момент, когда принц подошел к Наташье, меня охватил вихрь эмоций. Мой Хнытик стояла в центре комнаты, обрамленная светом свечей.
Я не мог оторвать взгляд.
А потом перевел его на принца.
Я видел, какими глазами смотрит на Наташью его высочество! И меня передернуло. Ревность сжимала сердце, словно обруч.
Мне хотелось закричать: “Она моя!”, но смертельная обида на эту женщину, заставила меня лишь стиснуть зубы.
Я видел, как она с улыбается, как принц обнимает её. И это болело.
В это мгновенье мне хотелось быть там, рядом с ней, но я мог всего лишь наблюдать, сжимая хрупкую, прохладную руку своей невесты."
"И тут Наташья повернулась ко мне. Наши взгляды встретились. В них было что-то знакомое: ностальгия, тоска, возможно, даже ревность. Но не прошло и мгновенья, как она отвела взгляд и снова улыбнулась принцу так, как когда-то улыбалась мне.
— … воспримет королевская семья, когда принц представит свою невесту? Это же будет скандал! — вздохнула старая маркиза, глядя на подругу.
Я очнулся от своих грез, гладя на тонкую руку невесты, которую все еще сжимал.
В гостинной все еще было полным полно людей. Не было бабушки, Наташьи, Вэндэла и принца.
Роккары что-то живо, но негромко обсуждали. Их вечно недовольный сынок лез кочергой в камин, вытаскивая горящие угли на роскошный ковер и смотрел, как тот начинает дымить.
— Нил, мальчик мой! Прекрати! — лениво произнесла графиня Роккар, проверяя, не попал ли уголек ей на платье. Она даже дернула юбкой, отойдя на пару шагов. — Не надо возиться в камине. Это делают слуги!
Я прекрасно понимаю странное выражение досады на лице графа Роккара, который о чем-то негромко разговаривал с женой. Они бросали взгляды на нас с Луизой. Видимо, надеялись, что можно будет сорвать помолвку, если принц хоть немного заинтересуется Луизой.
