Автор
Таня ищет Слава в шумном клубе, где каждый его фото или видео имеет девушку рядом. Но затаив дыхание, она понимает: стереть все мечты в порошок — значит разорвать любовь, которую считала своей единственной. Эта книга о том, как болезненно сжигают память об уже прошедших взглядах и чувствах....
— Нет-нет, — уверенно вру и перевожу взгляд на бабушку.
— Ты же знаешь, что я люблю тебя?
— Знаю, Слав, — улыбаюсь. — Ты не даешь мне усомниться в этом.
Обнимает, шепчет комплименты. Отмахиваюсь от мыслей, как от назойливых мух.
Открывается дверь, и в ресторан входит еще один гость. Держится у стены, передвигаясь быстро, стараясь остаться незамеченным. Проходит через зал и садится на стул рядом с бабушкой.
Стул, который ждал этого гостя.
Мама поднимает на меня взгляд и улыбается неуверенно.
Пришла.
Весь оставшийся вечер постоянно ловлю себя на мысли, что ищу ее взглядом среди гостей, проверяю: ушла или нет? Когда все начинают расходиться, мама оказывается рядом.
Интуитивно прикрываю живот, сглатываю вязкий ком. Люди вокруг расступаются, оставляя нас наедине. Слава уходит последним, посылая мне безмолвный знак вопроса. Я качаю головой, прошу его уйти. Так надо. Иначе она не скажет то, что хочет.
Будешь ругать? Пожалуйста, перестань обижать мою душу.
"— Ты такая красивая, Таня… — слова даются ей тяжело. — Мы много говорили с твоей бабушкой. Поначалу я не хотела ее слушать, но потом поняла, что перешла все возможные границы и так дальше продолжаться не может. Я бы хотела отмотать время назад и вернуться в твое детство. Я бы постаралась измениться, исправиться. Тогда бы я смогла сделать все по-другому. Правильно. Но это не в моей власти, а исправлять что-либо уже поздно. Не высечь, не вырубить того, что было.
Сжимаю зубы, дышу через нос, сдерживая слезы. Каждое слово — как болезненная пуля в жизненно важные органы.
— Я переписала на тебя квартиру, забери, пожалуйста, документы у бабушки.
— А ты?
— Я решила уехать, Таня. Меня позвали на работу в другой город, и я согласилась. Так будет лучше. Для тебя в первую очередь. Ты прости меня, дочка. Может быть, когда-нибудь я вернусь и все станет по-другому. Ты простишь меня, а я смогу простить себя.
Смахивает слезу, целует в лоб, разворачивается и уходит.
— Мама, я буду ждать тебя, — кричу ей в спину.
Она замирает, ее спина дергается, как от удара. Мама медленно оборачивается, и я вижу, что ее лицо совершенно мокрое от слез:
— Теперь у меня точно есть причина вернуться.
Несколько месяцев спустя
— Перестань психовать!
— Скажи, как не психовать? Ты решила дома рожать? Чего в ванной улеглась?
— Переживаю схватки! — ору.
