Автор
В офисной одисее теперь царит молчание — все сотрудники переместились в мощный концерн. Успех стал угрозой: нас ждут неизвестные перемещения и возможно увольнения. Но я так долго работала над своим отделом развития, чтобы занять ключевое место, сейчас всё к этому шло.
И вот на моей талии замирает рука Стефа, он переплетает наши пальцы на другой, и я несмело кладу на его плёчо ладонь. Смотреть даже не пытаюсь, пытаюсь справиться с волнением и участившимся дыханием, прямо слышу, как грохает моё сердце. Стёпа ведёт, медленно, под ритм лиричной песни, закручивает, бедро касается моего, совсем на миг, и мои пальцы дрожат. Я робко поднимаю взгляд, и тут же обжигаюсь об его. Дыхание и без того неровное, сбивается. Я отвожу глаза, и вздрагиваю когда его рука на талии, скользит выше, а потом вновь опускается, а переплетенные пальцы сжимают мои.
— Я хочу тебя! — говорит он. — Хочу тебя прямо сейчас!
— Что?! — отшатываюсь от него, думая, что мне показалось от перевозбуждения.
Он вперил в меня немигающий взгляд, и я осматриваюсь по сторонам, но нас особо никто не обращает внимания. Я отступаю ещё на шаг, ошеломлённая, ошарашенная.
Но как только я отлипаю от каменой холодной стены, решив, что справилась с волнением, на горизонте появляется Стёпа.
— Не подходи, — дрожит мой голос.
— Тише, тише! — он всё же подходит.
— Стеф… — срывается с моих губ, я совсем обескуражена его поведением.
— Иди сюда, — он притягивает меня к себе, вжимает в своё тело.
— Что ты творишь? — я вяло трепыхаюсь, больше от неожиданности. Его руки скользят вверх вниз, исследуя мои изгибы, задирают платье, оголяя ягодицы. Упираюсь ему в грудь, но тут, же сдаюсь, обнимаю за шею и прижимаюсь сама. Не могу сопротивляться. И он правильно воспринимает это, как моё согласие, и толкает меня куда-то спиной.
Какая-то каморка, кладовка. Темно и затхло.
